Винченцо тоже голову задрал.

- Это не веревка, - сказал он уверенно. – Это Древние.

- Древняя веревка?

- Не совсем. Они пользовались чем-то… вроде веревок, только плоские. И внутри металл. В старых башнях находили их даже в стенах. Металл закован в такое тонкое вещество, чем-то похожее на шкуру юрнейских гидр. Это мелкие животные, на севере обитают. Шкура их не сказать, чтобы прочная, но вот почему-то не проводит силу. А потому из нее шьют защитную одежду для лабораторий. Правда, опять же не понятно… там швов нет. Не на одежде. На веревках.

Кусок торчал на ладони две, краем загибаясь к потолку.

Миха подпрыгнул.

И не дотянулся.

- Еще в отличие от шкуры, это вещество весьма плавкое. Легко загорается. И не понятно, зачем оно нужно.

Чтобы провода изолировать, мать вашу.

Но как это объяснить?

- Как и само присутствие таких жил в стенах вызывает вопросы, - Винченцо глядел на попытки снисходительно. – Торсмуд Аверийский, он большой специалист по артефактам той эпохи, предположил, что таким образом Древние укрепляли стены домов. Но его оппонент, Ксет из рода Ольгар, провел серию экспериментов и наглядно доказал, что цельный камень прочнее. Кроме того жилы обычно проходили не в центре каменных глыб, но ближе ко внутренней стороне…

Электричество, чтоб вам.

И… если так, то хвататься за голый провод руками – не самая разумная вещь.

- Это… это источник энергии, - Миха сумел-таки подобрать нужные слова. – По проводам энергия поступала внутрь домов.

- Интересная теория.

- Да какая теория… от нее запитывались… светильники.

- Жилы слишком тонкие. Масло по ним не пройдет. Или газ. Газ вполне пройдет, но тогда разумнее полые прятать.

- Нет, - Миха покачал головой. – Металл и проводит эту энергию. А оболочка – защищает. Если два провода без оболочки соединить, то может быть… нехорошо. Энергия поступала к разным… предметам. К светильникам. Или питала артефакты. Не такие, как у вас, а механические.

Странно это.

Одно дело слышать о чудесных машинах Древних, а совсем другое – убедиться, что это не выдумка. Даже не так. Он уже почти привык к этому насквозь обдолбанному миру, а теперь вдруг накатило.