Странное чувство. Хорошо забытое.

- Не бойся, - говорит он, и собственный голос кажется слегка хрипловатым.

Она скулит.

И замолкает, стоит поймать её взгляд.

- Ты… - губы девушки вдруг расползаются в улыбке. От этого они трескаются и из трещин сочится гной, смешанный с кровью. – Это ты?

- Я, - Ирграм опускается на колени.

Надо… надо просто свернуть ей шею. Это ведь просто. Сжать слегка, подсунуть руку снизу. Поймать хребет. И…

- Я ждала, - голос у нее некрасивый, сломанный. – Я так ждала… и ты пришел.

Рука её тянется к Ирграму. Так ей кажется. А на деле сил хватает только чтобы слегка оторвать эту руку от камня. Ирграм с готовностью подставляет ладонь.

Теплая.

Какая же теплая. Горячая даже. И это живое тепло сводит с ума.

Он же склоняется к девушке.

- Ты… ты меня поцелуешь?

- Конечно.

Бред? Или… Ирграм чувствовал связь, слабую, зыбкую, но все же свидетельствовавшую о том, что тело его обладает некими способностями. Влиять на разум?

Он никогда не был менталистом.

Да и менталисты действуют иначе.

Девушка прикрыла глаза. И улыбнулась так счастливо. А её тепло потекло в Ирграма, странное, живое и все же отравленное близостью смерти.

- Что ты там возишься? – недовольный голос магички едва не разрушил момент. Ирграм заворчал. Тихо. Пока тихо…

И поднялся.