Пахнет…

Смертью. Кровью. Запахи хорошо знакомы.

- Как… прошло? – темнота, которую разгоняют факелы, давит на сердце. А в ушах стоит шум крови. И чтобы заглушить его, Верховный решается задать вопрос.

- Неплохо. Ваш этот… Мекатл… из него и вправду будет толк. Жрец вроде, а знает, с какой стороны за меч держатся. Показал два пути. Вот мы и спустились. Тихонечко, - в полутьме зубы Владыки копий блеснули ярко. – Одних воинов я повел, вторых – сын… слава Подательнице жизни, отвела позор от рода. Теперь я горжусь им. Он многих сразил сегодня. Предки и боги радуются, глядя на него.

И поклонился Верховному, хотя уж он точно не при чем.

- Все в воле богов.

- И в руках людских, да… так вот, людей там оказалось не так и много. Большею частью рабы, их и вовсе убивать не стали. Так, согнали вместе, после глянете…

- Людям раздай наградой.

Владыка махнул рукой.

- Да какая там награда… совсем заморенные. Говорят, что крысами питались. Толку-то от них.

Это да. Грязная еда. Грязные люди.

Но что-то с ними делать надо.

- Сколько их?

- Сотни две, - Владыка ненадолго задумался. – Если и наберется, да… детей почти нет, стариков тоже. Остальные…

…бледные люди, кожа которых от долгого пребывания под землей сделалась серой ноздреватой. Сами они имели вид престранный. Их шеи выгибались под тяжестью голов. Да и не только шеи.

Верховный лично ощупал руки, удивляясь тому, что случилось с костями.

Рабы смотрели молча.

Безучастно.

У многих кожу покрывали мелкие язвы, а во рту не хватало зубов. Те же, что были, были кривы и желты.

Этаких и в жертву не принесешь. Ни к чему оскорблять богов.