—… лишить, сроком на один год, — свиданий с неофициальными лицами и права совершать телефонные звонки…

Блин!

Блин!

Блин!

— Дело считать закрытым!

Бахает судейский молоточек.

И что, — это называется «помощь от подруги президента»?' Нифига себе, — «вспоможествление»! А у меня дальше по программе — извинения перед университетом Ёнесай. Вот же жесть, а не день!

(несколько позже. Коридор перед входом в зал суда — ЮнМи, в красном комбинезоне опасного преступника и синяком на лице. Судебный пристав держит перед ней несколько скрепленных между собой цифровых магнитофонов с торчащим из них большими микрофонами. Присутствуют также представители оскорблённого учебного заведения. Двое из них снимают процесс на видеокамеры)

— Я приношу извинения всему педагогическому составу университета Ёнесай за необоснованные заявления… — говорит ЮнМи с совершенно спокойным выражением лица, на котором не видно ни капли раскаяния.

—… которые были сделаны мной исходя из общемировой практики. Во всех зарубежных странах ситуация, в которой преподаватели периодически напиваются со своими учениками до состояния беспамятства, — является недопустимой и подвергается резкому осуждению. Ориентируясь на моральные нормы мирового сообщества, и следуя им, я тоже осудила поведение педагогов университета Ёнесай. Однако, как оказалось, Республика Корея живёт по собственным законам, не совпадающим с общечеловеческими ценностями. Не зная об этом и будучи убеждённой в том, что моя страна является частью цивилизации, я допустила высказывания, оказавшиеся оскорбительными для корейцев. Понимая теперь причину произошедшего, я приношу свои глубокие извинения университету Ёнесай за нарушение их мировоззренческой парадигмы…

— Я сожалею, — сообщает ЮнМи и наклоняет голову, прижимая подбородок к груди.

Присутствующие озадаченно молчат, осмысливая услышанное.

— Вы не сказали, что не считаете преподавателей университета алкоголиками, — спокойно сообщает ещё судебный пристав, заглянув перед этим в свою папку с бумагами. — И что ваше суждение не соответствует действительности.

— Да, — не спорит ЮнМи. — Мне объяснили, что у меня нет права выносить публичные суждения, так как я не обладаю необходимой компетенцией, подтверждённой документом об образования. Я с этим соглашаюсь и заявляю, что да, поэтому преподаватели университета Ёнесай не являются алкоголиками. Кем они являются на самом деле, я смогу сказать позже, когда приобрету необходимые навыки и компетенции, подтверждаемые соответствующими документами.