Сначала во Франции, где почему-то не случилось «Июльской революции 1830 года» и в стране по-прежнему правила династия бурбонов во главе с Карлом Х – тем еще реакционером, пытавшимся сохранить привилегии аристократии, духовенства и люто ненавидящего нуворишей типа Ротшильдов и им подобных. Поэтому подхваченная из России идея обратиться за кредитом не к банкирским конторам, а к публике, была хоть и без энтузиазма, но все-таки поддержана монархистским правительством и опробована на практике, что привело Францию к успеху, превзошедшему самые смелые ожидания! Хотя нечто подобное я предвидел, ведь не только финансовая система Франции, но и сама страна в целом оставалась все еще более развитой относительно России, где госзаймы на строительство железных дорог к этому моменту успешно «высосали» из российских граждан миллионы рублей.

Разрыв с домом Ротшильдов сопровождался и внутриполитической турбулентностью – судебными процессами над англофилами и «жидомасонами», что позволило мне, в конечном итоге, не только выйти «сухим из воды», но и укрепить свою личную власть в стране. Многие видные деятели декабрьского восстания неудобные мне в политическом отношении, а также упрямцы, придерживающиеся своего масонства, ставящих его выше государственных интересов, сложили свои буйны головы на виселицах или отправились по этапу «покорять Сибирь».

Денежная реформа проводилась параллельно с целым рядом других, в том числе и налоговой. Первая неудачная попытка удара по дворянской земельной собственности была нанесена Сперанским ещё в годы царствования Алексан­дра I. В 1812 году в преддверии неминуемой войны с Наполеоном, он ввел прогрессивный подоходный налог с дворянских имений. Налоговая ставка по ны­нешним временам была божеской: от 1 до 10 % годового дохода. Но дворяне не стерпели такого «наглого» посягательства на их на­логовый иммунитет со стороны «поповского сынка». Сопротивле­ние было отчаянным. Ни разу каз­на не собрала планируемой суммы налога, недоборы были столь ог­ромны, что смысл в налоге терялся и в 1819 году он был отменен.

Теперь же, с введением нового Налогового кодекса и законов «О крестьянском хозяйстве» и «Об агрокомпаниях и коллективных хозяйствах в сельской местности» все дворянские имения приобретали новый юридический статус, определяющий правовые, экономические и социальные основы их деятельности. Новый НК вводил, в том числе и налог на прибыль юридических лиц по базовой ставке для сельхозорганизаций в размере 35%, а также прогрессивную шкалу на доходы физических лиц в случае, если, хозяйственная деятельность тех же крестьян или бывших помещичьих хозяйств осуществляется без образования юридического лица.