Для работы этого комбината в Перми уже запустили три домны. Достаточно большие, которые в режиме 1–2 выплавляли чугун. То есть, две домны плавили, одна стояла на реконструкции и ремонте. Все-таки технологии были еще очень несовершенны и обычно даже два-три месяца непрерывной работы давались домне с трудом.

К началу 1704 года производительность Пермского чугунного завода достигла шестидесяти тонн чугуна в сутки. Что несколько раньше позволило завязать с его выпуском на Каширских заводах. В планах было к концу года удвоить этот объем. Доведя до ста двадцати тонн. Но то в планах…

Чтобы домны и Каширский комбинат имели топливо — во всей стране развернули сеть небольших угольных предприятий. По бассейну Волги и Камы. Только его жгли не в ямах, как раньше, а в кирпичных печах. Получая не только больший выход угля, но и много побочного продукта. Тут и древесный спирт, и деготь, и зольный остаток, который потом на селитряной мануфактуре разделяли на поташ и соду, а также скипидар и канифоль.

Алексей очень хотел начать разработку каменного угля. С тем, чтобы начать его переработку в кокс. Но пока по этому направлению не было сделано ничего. Просто велась разведка. Так что — приходилось тратить лес, для заготовки которого развернули несколько дюжин артелей. Но они добывали древесину не только для угля. Они же вели заготовку и корабельного леса, сдавая их сушильным артелям, и подходящих бревен для трех десятков водяных лесопилок, ну и для угля. Куда уходил неликвид…

Селитряная мануфактура радовала. Она выдал в 1703 году чуть за две тысячи тонн калийной селитры. И перейдя полностью на местный торф, увеличивала производство торфяного кокса. Как побочного продукту пиролиза. И довольно много, сплавляя в Пермь. Впрочем, это уже вторая крупная клада промышленная. Хоть и достаточно тесно связанная с первой.

Производство селитры обслуживало интересы двух пороховых заводов. Также на селитряную мануфактуру стекался весь зольный остаток с угольных предприятий, где его очищали и разделяли на поташ и соду. Сюда же относились крошечные мануфактуры, считай большие мастерские. На одной перегоняли нефть. На другом из древесного дегтя получали карболку и креозот, опять-таки в перегонном кубе. Ну и еще семь таких же маленьких объектов. Опытных, больше для того, чтобы отработать технологию, нежели получить результат.

В центре третьей важной клады производств стала ткацкая мануфактура на Пахре с механизированным станками. А также связанная с ней огромная распределенная мануфактура по выделки сырья и прядению нитей. Плюс еще более масштабное закупочное предприятие.