— Ну ладно, — соглашаюсь я. — Можно и выложить. Для хорошего человека не жалко.

Я сажусь на кровать, расстёгиваю замок на сумке и вытаскиваю магнитофон.

— Что это? — спрашивает Лида, внимательно глядя на магнитофон.

— А на что похоже? Слушай.

Я мечтательно улыбаюсь и нажимаю клавишу воспроизведения. По комнате разносится вкрадчивый сексуальный голос. Ни одна девушка не устоит. Это же Джо Дассен.

— поёт он.

Лида хмурится.

— Джо Дассен. Нравится? Мне на день рождения магнитофон подарили. Прикинь? Здорово, да?

— Погоди, это всё, что у тебя для меня есть? — спрашивает она, упирая руки в бока.

— Есть Высоцкий. Мы с ним в один день родились. Годы разные, конечно. Но день один. Классно, да? Пинк Флойд. Стена. Слышала? Убойная вещь вообще!

— Выключи, — хмуро говорит она. — Давай-давай, выключай. У меня от музыки голова болеть начинает.

Я выключаю и убираю магнитофон в сумку.

— Жалко. Но больная голова нам не нужна.

— Ты издеваешься? Зачем дурачком прикидываешься? Тебе это смешным кажется? Ты не понимаешь, что именно я от тебя жду?

— А ты? — смеюсь я. — Ты понимаешь, чего от тебя жду я?

— Получишь ты сладкое, не переживай, но только после того, как расскажешь всё, что разузнал.

— Ну, тут просто сладким не отделаешься. Мне прямо приторно должно стать. Ты меня просто затрахать должна за эту инфу. Каписко? Ферштейн?

— Ты на каком языке говоришь?

— На языке агента под прикрытием.