— Как дела? — бросаю я. — Всё в силе? Там разгрузка идёт уже во всю.

Она молча кивает, бросив на меня сосредоточенный взгляд. Сосредоточенный или злой. Не поймёшь её, эту девушку Лиду, готовую, кажется идти по головам, чтобы добиться своего.

Я возвращаюсь к Гусыниной.

«Цык-цык-цык», — громко щёлкают на стене часы на батарейке.

Я сажусь на табуретку и приваливаюсь к стене. Закрываю глаза. Цык-цык-цык. Всё готово. У нас всё готово. Немного подождём и сделаем большое и очень важное дело. Цык-цык-цык.

Вдруг за дверью раздаются торопливые шаги и в кабинет влетает Зина.

— Любовь Петровна, всё, разгрузили. Вот накладные!

Она кладёт на стол бумаги.

— Чё, выносить в зал?

— Да, — кивает Гусынина. — Егор, помоги Зине тележку подвезти.

Я помогаю. Толкаю тележку с колбасой. Народ встречает моё появление сдержанным гомоном. Начинается торговля.

Когда я возвращаюсь в кабинет Гусыниной, там уже оказывается Игорёша. Я здороваюсь, но он не отвечает, лишь хмуро глядит на меня и садится на старый деревянный стул. Несколько минут все молчат. И только когда в кабинет заходит грузный человек в дублёнке и ондатровой шапке, Люба и Игорёша, будто бы с облегчением выдыхают.

— Ефим Прохорович, вот и вы. Здравствуйте.

Ефим Прохорович бросает на меня подозрительный взгляд сквозь стёкла массивных очков и говорит:

— Здравствуйте, товарищи.

Я в тот же миг встаю и выхожу. Делаю знак Лиде. Она оставляет прилавок и торопливо заходит в служебное помещение. Забежав в кабинет бухгалтера, она снимает телефонную трубку и набирает номер.

— Это продавец, — говорит она. — Все на месте.

Повесив трубку, она выходит в коридор, а я подхожу к кабинету Гусыниной. Успеваю заметить, как дверь в торговый зал перекрывают два крепких молодчика в штатском. Быстро. Очень быстро. Молодцы. А ещё через минуту со стороны служебного входа в магазин врываются несколько вооружённых людей. Они перекрывают все входы и выходы.

Сразу после них появляется начальник Лиды, тот, которого я видел позавчера у неё во дворе. Дождавшись его появления, она буквально врывается в кабинет Гусыниной. В этот момент она похожа на фурию, на голодного упыря, вырвавшегося на охоту.

Я тоже вхожу в кабинет и вижу онемевших тётю Любу, Игорёшу и Ефима Прохоровича.