– И что, лучше стало?

– Спорит народ уже тридцать лет.

– Ну, бог с ними, – отмахнулся волхв. – Значит, правильно я решил сам тебе команды заложить. А то навалятся внезапно враги со всех сторон, эсэскать будет неловко.

– Почему это?

– Пока вспомнишь, какие ты буквы придумал, откуда их взял, снесут тебе башку, не помилуют.

– Думаешь?

– Уверен! Поэтому заложил твое имя – тут тебе голову ломать не надо.

– Вл и ад?

– Попроще. У тебя короткое имя – Вова. Вот и будет: во! – включил, ва… – выключил. Другой кто-то скажет, не подействует, надо чтобы ты сам в уме произнес, четко зная, что это за звуки. Тут и придет силушка, как у Забавы.

Мне не терпелось.

– Начнем? Проверим, как работает?

– Э, э! Не особо то тут горячись! Начнешь, как у вас в семье принято, в воздух меня кидать, я всю голову об потолок расшибу. Пойдем, от греха подальше, на двор выйдем. Да и там гляди, не пришиби кого-нибудь ненароком.

– Забава же никого не калечит!

– Ты с ней не равняйся, она с детства к своей силе привычная, годами училась себя сдерживать. И силища к ней пришла постепенно, не торопясь. А тебе враз эту мощь дали. Так что – поосторожнее там!

И сразу реакция убыстрится втрое. Черный враг скорости тебе поубавил, а ты внезапно бац! – и прибавил. Плюс сила. Глядишь, чего и получится. Потом и Ваню с Матвеем так же усилю.

– А почему ты так уверенно рассказываешь о Невзоре, откуда знаешь, что он и как может сделать? Имел с ним дело раньше7

– Я таился, и в мелкие дрязги между белыми и черными не ввязывался. А вот мой учитель знал его прекрасно. Он мне и сказал, кто нас будет поджидать, и все, что можно о враге. Ладно, пошли.

По пути к нам пристроилась Забава. На дворе Олег прощался с лошадьми, гладил, говорил им ласковые слова, Иван и Наина обнимались у кирпичного сарая, Доброслава тщетно пыталась загнать поумневшую Марфу в будку, чтобы провести к Игорю очередную клиентку из приемного покоя. –

Завидев меня, регистраторша стала махать руками и призывать меня в этом интереснейшем процессе поучаствовать.

– Хозяин, эта псина окончательно одурела! Не загоню ее никак! А бабы ее трусят, уж больно здорова.