– Что ж ты мне не сказал? – обрушилась супруга на меня, – я тут избесилась вся!

– Не успел. Да и не думал, что это так для тебя важно.

Меня сгребли родные руки любимой, прижали к ее великолепной груди.

– Пошли скорей в нашу спальню!

Не подвел боярский психоаналитик! Мы ушли, народ остался поболтать. К столу я вернулся через полчаса и один. Забава решила сегодня уже не вставать, чтобы больше не тревожить Машеньку.

Увидев меня, Ванька захохотал.

– А я сижу и думаю, что это Богуслав нудит? Переговорено уж это все двадцать раз! А он, оказывается, чтобы друга выручить, с хитростью подошел! Сам хитер, но такую штуку первый раз вижу!

Наина ласково глядела на своего хитреца. Да, да, конечно…

Я тебе, милый, за жизнь много всяких штук покажу…

Мы все еще были полны энергией, ослаб только ведун. Игорь еле сидел с закрытыми глазами, часто ныряя головой в тарелку. Богуслав его заботливо поддерживал.

– Надо его в кровать тащить, – сделал вывод я. – Ваня, ухватывай, понесли!

Неожиданно Игорь открыл глаза.

– Я домой пойду. Люба горевать будет, если я тут останусь…, – и опять клюнул головушкой вниз.

– Делать нечего, – сказал Богуслав, – если мы его сейчас уложим, так он ночью один упрется – греха с ним потом не оберешься: или зарежут, или ограбят. Надо ведуна на лошадь грузить, и везти к жене.

Кое-как вывели Игоря к конюшне, закинули на самую тихую мою лошадку Зорьку, и повезли утомленного лекаря домой. Иван вел кобылку в поводу, я поддерживал ослабшего слева, чтобы не свалился, волхв справа.

Люба на лай Потапа вылетела махом. Метнулась к мужу.

– Что с ним? Ему плохо?

– Ему слишком хорошо! – сурово отозвался Богуслав. – Устал очень, не рассчитал свои силы. Кровать мужу постелена?

– Конечно, конечно.

Куда-то дойти Игорь уже был не в состоянии, пришлось его отнести. Посадили на кушетку, помогли Любе раздеть и уложить супруга.