Я шёл к порталу и думал, что умиротворение, наверно, и есть самый главный результат моего присутствия в этом мире. И, если это так, то я более чем счастлив, ведь благополучие здесь, неизбежно должно положительно отразиться и в моём мире. Я подошёл к Энки и прямо взглянул ему в глаза. Он выдержал взгляд и гордо, но уважительно произнёс:

– Антон, ты пережил суровые испытания, и я тоже принёс тебе немало страданий. Теперь всё позади. Понимая ответственность момента, я возвращаю знаки власти, с которыми ты прибыл в наш мир.

Четыре хранителя торжественно внесли пектораль, браслет, скипетр и клинок Баалат. Энки продолжил:

– Повелитель Энлиль знает обо всех событиях и крайне удивлён, что его меч оказался у тебя, поскольку он с ним никогда не расставался. Он тоже благословляет тебя на продолжение пути. А я искренне желаю добра твоему миру.

Я поклонился, принял от хранителей атрибуты и разместил их на себе. Загоревшиеся индикаторы показали, что знаки власти активированы, и я сразу же почувствовал это, наполнившись уверенностью, здоровьем и силой. Молчаливое приветствие и поддержка артефактов и мгновенный диалог с ними принесли полную убеждённость в благополучном исходе обратного перехода.

Признаюсь, что волнующая атмосфера вывела меня из равновесия. Я начал сосредоточиваться на процедуре перехода и уже направился к кубу портала, но тут вспомнил о своих ребятах и оглянулся, отыскивая глазами дорогие мне лица. Они стояли поодаль сзади. По рангу им не следовало находиться в первых рядах. Ерунда, сегодня для меня они выше всех местных Повелителей. Я призывно махнул им рукой, удивлённые владетели оглянулись и расступились, пропуская ко мне моих друзей.

Когда Акти, Сагни и Лихур подошли и сбросили свои плащи, я невольно улыбнулся и не смог сдержать подкатившей к глазам слезы. Мои ребята оказались в туниках, на которые каким-то образом нанесли рисунки и разводы, точно повторяющие мой камуфляж. Надев одежду моего «кланового» цвета, они тем самым публично заявили всем присутствующим, что теперь не принадлежат к другим кланам и свободны, и, судя по их лицам, они до конца будут решительно отстаивать свою волю. Ах, вы, мои дорогие последователи и революционеры! Обняв каждого из них, я махнул рукой на свои опасения, и отдал Акти нож, Сагни – часы, а Лихур и без того не снимал с груди компас.

Простившись с друзьями, я взбежал по лестнице и встал на плоскость портала. Последнее, что я увидел в том мире, огромные блестящие глаза Нин и её губы шептавшие: «Антон». Я в ответ прошептал: «Марантиан». Она услышала и кивнула головой…