– Что ты, батюшка! – Шишкин пал на колени и поцеловал руку Бельского.

– Встань! Не время на коленях ползать.

Шишкин поднялся, Бельский приказал ему сесть на стул напротив своего.

– Дело есть к тебе. Это хорошо, что ты в стане царевича знаешь многих.

– Знаю, боярин.

– И это хорошо, что хитер ты. Знаешь, что позабудут услуги твои без покровителя тайного. А коли узнают про твою службу Годуновым через Клешнина, то быть тебе на колу.

– Истинно так, боярин.

– А я смогу тебе помочь. Но надлежит тебе завтра отправиться моим послом в стан Димитрия Ивановича в Путивль!

– Готов, боярин.

– Письма тебе не дам. Но все обскажешь на словах. Благо, что пока ты для них свой.

– Что сказать, боярин?

– Богдан Бельский готов признать царевича. Я все же был дядькой его. Назначил меня воспитателем сына своего сам Грозный царь. Я могу признать истинного царевича. Но сие дорого стоит.

– Все понял, боярин.

– Но и это не все. Скажешь царевичу, что Мария Годунова намерена отдать дочь свою царевну Ксению за сына Сигизмундова королевича Владислава. И в приданое за Ксенией пойдет город Псков!

– Передам, боярин!

– И пусть сразу мне гонца шлют от царевича. Коли тебя пошлют, то возвращайся. А коли нет, то скажешь слово тайное для гонца.

– Все понял.

– С кем здесь связан?

– На Москве у меня есть доверенный человек – польский шляхтич Ян Нильский.

– Он из войска царевича?