Лицо мужа сменилось красивым лицом дяди. На сердце чуточку полегчало, в ушах зазвучал весёлый голос её харизматичного, до ужаса обаятельного дядюшки:

«Дейна, запомни, что ты женщина. Красивая, восхитительная, обаятельная женщина. А я, твой обожаемый дядюшка, мужчина. И, если я рядом, то ты не должна сметь лезть в драку. Это моя обязанность как мужчины защищать мою дорогую девочку. Не лишай меня моих привилегий».

«А если тебя рядом нет?» — спрашивала любознательная Дейна.

«Тогда тебя должны защищать Шерр или папа. Или другой находящийся рядом мужчина».

«Тогда зачем ты учишь меня драться?» — надулась девочка.

«Ну, моё сокровище, — дядя присел рядом и пальцем растёр складочку между её бровями, — я твой дядя и должен защищать тебя всеми силами. Моя прекрасная племянница должна быть в безопасности, поэтому я просто обязан дать тебе всё для защиты. Если вдруг меня не будет рядом, я хочу быть уверенным, что моя кроха не пострадает и сама выбьет зубы любому злу. Поэтому хватит ныть, вставай и дерись».

Дейна любила дядю, но больше не верила его словам. Она выросла с мыслью, что её всегда защитят, за неё всегда заступятся. Это привилегия мужчин её семьи.

Но кто защитит их?

В ночь, когда на усадьбу семьи Фанлекс напали, прежние устои Дейны сломались. Она позволила бессилию овладеть собой, смерть тётушки подкосила её в одно мгновение. Если бы она не позволила себе размякнуть, то они с Шерром могли бы справиться. Но она размякла, и брат остался на поле боя один.

Бандиты знали, когда напасть. Если бы дядя был дома, у них бы не было ни единого шанса на успех. Но он уехал. Они ворвались, когда погасли все огни, не зная, что хозяева усадьбы любили прятаться в темноте библиотеки и под горячий отвар травить страшные байки. Прирезать тёпленькими в постели не удалось, но Дейна, Шерр и тётушка Дония всё равно были взяты врасплох.