— Вы хотите, чтобы я сдалась?! — воскликнула она. — Корделия убьет меня!

— Вы нам не нужны, мадам Кроу! Нам нужна лишь ваша… — Фирч снова принюхался, — ваша спутница. Неуместно было бы называть ее вашей дочерью, ведь она вам больше не дочь!

— Она моя дочь! — закричала Клара. — И всегда была ею! Я не отдам ее вам! Не позволю принести ее в жертву!

Фирч склонил голову — очевидно, он и не ждал другого ответа.

— Что ж, тогда прошу простить, мадам! Карливерелл!

Как только прозвучал приказ, все Серые ударили одновременно. Веретёна заплясали стремительные танцы, и с них сорвались овеществленные заклятия.

Клара дернула рукой — и валявшийся в грязи пустыря перед домом мусор взмыл в воздух. Трухлявые чемоданы, колеса со сломанными спицами, погнутые фонарные столбы — все это приняло на себя удар, разлетаясь в щепки, оплавляясь, превращаясь в пыль.

Серые не прекращали бить. Они двигались лаконично и четко: делали шаг, выпад веретеном, еще один шаг и новый выпад. Те, что сидели на метлах, наносили удары сверху, пытаясь достать Клару и разбивая возникающие между ней и ними гнилые ящики, расколотые горшки и ржавые птичьи клетки.

Кругом гремели взрывы и на куски разлетался пустырный мусор…

— Аверден! — крикнул Фирч, и его солдаты на метлах изменили тактику. В то время как пешие Серые, приближаясь к Кларе и замершей рядом Саше, продолжали атаковать, они принялись разметывать в стороны защищающий ее старый хлам.

Заклятия подступающих по пустырю солдат ковена начали достигать цели. Земля у ног загнанной женщины вспенилась, разлетаясь комьями во все стороны. Клара пятилась. Ей повезло, что нападавшие по-прежнему не желали ее убивать — Корделия велела взять Сашу живой, а Фирч, видимо, решил притащить ведьме Кэндл и ее похитительницу.

И все же она ошибалась: Клара Кроу им была без надобности. Сам Фирч в какой-то момент доказал это. Он сделал волнистый жест рукой — и с тонкой алой перчатки сорвалось рыжее пламя, старый колдун тут же подхватил его веретеном, заплел и, сделав выпад, направил огонь в прореху между летающими вокруг Клары Кроу чемоданами и прочим мусором.

Струя пламени с ревом, будто по трубе, устремилась к ведьме.

Клара успела заметить это в самый последний момент и дернула пальцем — две взметнувшиеся в воздух перед ее головой ржавые клетки приняли на себя часть пламени, но все остальное прошло сквозь прутья.

Ведьму отшвырнуло к двери. Чудовищный жар обдал ей лицо и руки, обуглил волосы и ресницы. Если бы мать все детство не учила ее, как не гореть в костре (София Кроу из-за свойственной ей паранойи опасалась возвращения инквизиции и охотников на ведьм), сейчас от Клары остался бы лишь пепел.