— Ты заблуждаешься, мама, — презрительно усмехнулась Корделия. — Я здесь как раз для того, чтобы помешать тебе.

— Как?! — по-настоящему удивилась Джина. Она вдруг поняла, что дочь не шутит. — Что это вдруг на тебя нашло?!

— Я вела свою игру, мама, и проиграла, — поджав губы, ответила Корделия. — Сегодня я поняла, что достаточно себя обманывала. Быть может, чтобы это понять, тебе самой нужно проиграть, но, знаешь ли, свобода Иеронима и последующие бедствия не стоят того, чтобы всего лишь преподать тебе урок.

Джина Кэндл вальяжно облокотилась о гроб.

И тут Кристина не выдержала. Она задала вопрос, надеясь, что это хоть как-то, хотя бы на секунду отвлечет мать и бабушку от свары:

— Кто лежит в гробу? — спросила девушка.

Джина действительно отвлеклась. Она нежно погладила крышку, как спинку любимого кота. Старая ведьма улыбалась, предоставляя возможность ответить Корделии.

— Там никого нет, — сказала та. — Он пуст.

— Верно, — кивнула старая ведьма.

— Тогда почему ты уверена?.. — начала было Кристина, но бабушка не дала ей договорить. Она расхохоталась так, что огоньки на всех свечах задрожали.

— Как я могу знать, что мистер Эвер Ив, наш разлюбезный Иероним, явится сюда? — спросила с иронией Джина Кэндл — ей было будто бы по-настоящему смешно, но Корделия не верила ни одной эмоции этой женщины, ни одной лживой нотке в ее голосе или смехе. — Ну же, малышка, подумай немножко! Ему ведь нужна свобода. И не просто свобода от затянувшегося сна. Мистер Эвер Ив до сих пор заперт. И ему осталось отворить всего один замок — главный. А для этого ему нужен ключик.

— И ключ уже здесь, — мрачно завершила Корделия. — Саша Кроу.

— Прислушайся! — старуха на мгновение застыла. — Ее шаги можно различить наверху. И я не я буду, если кое-кто прямо сейчас не несется сюда на всех парах, как утративший тормоза паровоз.

— Ты не сможешь подчинить его, — предприняла последнюю попытку переубедить мать Корделия. — Как ты не понимаешь?!

— Но ты ведь сделала за меня почти всю работу. — Джина постучала пальцами по крышке черного гроба. — Вот только ты, глупая, когда запирала меня, была в такой ярости, что не пожелала даже дослушать до конца. Как недальновидно… Ты так и не узнала о седьмой Потаенной Вещи — о Часах. А потом принялась, как безумная, искать и подчинять себе других… — Джина усмехнулась. — «Поймать его по частям»! Просто титанический труд! Как жаль, что он в любом случае не привел бы тебя ни к чему иному, кроме как к величайшему разочарованию. И какое счастье, что рядом вовремя оказалась я.

— Что ты сделала? — одними губами проговорила Корделия.