— Боюсь, никто не вернется, — отозвался ликвидатор и вновь обратился к связисту, указав ладонью в сторону дверного проема. — Вызывай тот конец.

Через пару минут рация отозвалась уже знакомыми голосами.

— Мы отправляемся к вам! Как поняли?

— Понял! Вы отправляетесь к нам!

— Создайте периметр безопасности! И ждите нас! Как поняли?

Когда короткий сеанс связи закончился, Георгий быстро переговорил со Звездиным и принялся раздавать приказы. Бойцы двух отрядов выстроился в коридоре в походном порядке, чтобы выйти в зал. Когда Георгий грозно скомандовал «Вперед!», сначала выдвинулась гусеничная машина с прицепом, а за ней в зал стали выходить ликвидаторы, формируя две колонны, между которых шли руководитель экспедиции, партократ и Андрей. Следуя полученным приказам, бойцы смотрели по сторонам и над собой, освещая пространство своими фонарями — они использовали самые мощные доступные ликвидаторам фонари, но и их света хватало лишь на сотню метров. Затем луч рассеивался и тонул в черноте. Лишь в самом начале их пути можно было видеть высоченную, уходящую ввысь бетонную стену, из которой они вышли. Как только группа покинула коридор, Андрей осветил ее, задрав голову с открытым ртом — обычные бетонные плиты, сложенные друг на друга, уходили далеко вверх и сколько не светил мужчина, пытаясь найти хоть какие-нибудь отличительные детали, ничего не было. Они шли быстрым шагом и проход сзади отдалялся и тонул во мраке. Вскоре остались лишь огоньки пары фонарей которые ликвидаторы оставили как маяк, но и они через какое-то время потухли во тьме. Группа брела сквозь пустоту, ориентируясь по линии стыка плит на полу. Шуршал бетон под ботинками, да слышался мерный шум работы приводов гусеничной машины. Георгий иногда останавливал группу, чтобы прислушаться. Но тьма здесь соседствовала с тишиной. Лишь вооруженный отряд приносили сюда свет и звуки.

Сразу несколько человек поставили на часах таймер, чтобы знать, сколько они шли. Минуты тянулись и, казалось, иногда шли обратно. Звездин поймал себя на мысли, что сбился со счету и стал опасаться, что они попали во временной самосбор. Отдельные бойцы бросали взгляд на циферблат, моля о том, чтобы добраться до того края поскорее. Лишь Андрей не смотрел на свое запястье — тьма и монотонные звуки погрузили его в воспоминания, замешанные на привычных сомнениях.

Когда прошла пятнадцатая минута их марша, раздался противный пиликающий сигнал. Георгий тут же повернулся в биологу.

— Сколько? — спросил руководитель экспедиции.

— Показатель — десять, но он растет, — через полминуты он добавил. — Уже двадцать.