— Мы уперлись в тупик. Как поняли?

— Какой тупик?! — взревел Георгий и вновь полез в планшет за картой. — Доложите координаты!

— Этаж пятнадцать, блок Н, направление пять.

— Проклятье, — тихо выругался командир, пытаясь найти нужную карту. — У вас должен быть выход к блоку О либо через переход, либо через лестницу.

— Проверили оба направления! — отозвалась рация. — Оба выхода отсутствуют. На пути каменные стены. Какие нашли действия?

— Пытались проделать выход? Взрывали?

— Установили заряд взрывчатки. И раз ударили из гранатомета. Но ничего не получилось. Слишком толстый бетон.

— Проклятье! — уже громче сказал Георгий и посмотрел на Звездина. Тот внимательно слышал разговор по рации. — Проверьте смежные блоки. Должен быть выход в блок О. Если нет, попытайтесь проложить путь по второму маршруту. Как поняли?

— Понял, центр! Ищем выходы к блоку О.

— И бросьте машину! Если не едет, бросьте ее! Поняли?

— Понял, центр! Машину оставляем.

Группа, в которой шел Андрей ненадолго встала, пока партократ обсуждал с ликвидатором дальнейшие действия. Поступали периодические отчеты от головной группы, о том, что выход не найден. Георгий делал пометки на своей карте, отчего у Звездина медленно поднимались брови.

— Тут произошла тотальная перестройка, — наконец заключил он. — Через несколько этажей идет сплошная стена. Смотри, прямо ровно идет, — он указал пальцем на бумажной карте. — Надо рассылать группы в разные стороны. Какие мысли?

— Я уже обдумываю этот вариант. Думаю, надо послать первую группу влево, третья пусть идут справа, а мы пойдем вниз. Вот здесь, здесь и здесь. Установим дистанцию в два блока максимум и попытаемся пройти вниз на нулевой. Где-то выход же должен быть.

— Я думаю, это разумно, — партократ кивнул. — Давай так и сделаем.

Главный ликвидатор еще раз просмотрел карты, затем вцепился в рацию и принялся отдавать подробные инструкции остальным отрядам. Отряды уходили в разные направления гигахруща, чтобы вместе двинуться вниз параллельно друг другу. Андрей слушал разговоры руководителей, чувствуя сильную тревогу внутри. Несмотря на то, что они продвигались вниз, у него было все меньше уверенности в успехе экспедиции.

— Константин Павлович, — как можно более тихо обратился он к партократу, когда их группа выдвигалась в путь, — вы не думаете повернуть обратно? Вам не кажется, что у нас все идет… Как бы сказать?..

— Все нормально идет, Андрей Викторович, — Звездин смерил его строгим взглядом. — Мы знали, что дело рискованное. Тут без заминок и задержек никак. Сохраняйте спокойствие.