Было бы верхом глупости полагать, что подобного результата можно добиться посредством веселой доброжелательности или осторожного социального инжиниринга. Как бы оптимистичны вы ни были в отношении нашего умения решать проблемы, человеческий разум – и общества, которые мы создаем, когда эти умы взаимодействуют, – проявляет гибкость лишь до определенной степени. Наша готовность получать удовольствие от выгодного социального положения, даже наносить вред друг другу ради сохранения нашего чувства доминирования и превосходства – неизменная черта человека.

Наша беда была и всегда будет в том, что общества не устраняют недовольство: они перенаправляют его на чужаков, которые парадоксальным образом могут включать в свой состав этнические группы. Расширения наших знаний о других не всегда достаточно для улучшения нашего к ним отношения. Если наш вид намерен порвать с историей разногласий между группами, которая берет начало в глубокой древности, то нам понадобится лучше понять побуждение считать, что в других людях меньше человеческого, будто они даже подобны насекомым. Мы также должны больше узнать о том, как люди заново формируют свою идентичность и реагируют на каждое резкое изменение с наименьшими возможными потерями. Homo sapiens – единственное существо на Земле, которое способно это делать. Пусть наши настроения в отношении чужаков различаются – некоторые из нас склонны к осторожности, другие склонны доверять, – у нас тем не менее есть общая способность устанавливать и использовать связи с, казалось бы, несовместимыми другими. Наше спасение заключается в развитии этого дара на основе все более точных данных и открытий из различных областей наук, описываемых в этой книге. Хорошие новости в том, что люди обладают определенными возможностями противостоять нашей унаследованной предрасположенности к конфликтам с помощью продуманной самокоррекции. Разделенными мы будем, и разделенные мы должны выстоять.

Благодарности

Благодарности

Одна недооцениваемая особенность ситуаций, когда приходится терпеть неудобства в удаленных уголках мира, заключается в том, что человек вынужден замедлить темп жизни. В силу своей профессии биолога проводя долгие дни под брезентом в ожидании, пока закончатся тропические ливни, или неуклюже передвигаясь на верблюде по выбеленному песку, я понял, что настоящее время для созидания – это время между событиями, свободные периоды, которые редко бывают в плотном расписании. В стихотворении «Путешествие» поэтесса Мэри Оливер пишет о следовании своему призванию. Вступив на «путь, заваленный упавшими ветвями и камнями», человек обнаруживает, что мало-помалу открывается новый мир. Стихотворение находит во мне сильный отклик, потому что целая жизнь, проведенная на таких дорогах, дала мне массу времени, чтобы обдумать, что я видел, и побудила меня написать эту книгу.