Они катались уже с четверть часа, а жена бургомистра все еще была внизу, слишком близко к библиотеке. Как она смеет так бдительно торчать на кухне! Для Руди кухня, несомненно, и была главной целью. Он пролез бы туда, набрал столько еды, сколько сможет унести, и лишь потом, если у него останется свободная секунда (только если останется), он бы на пути к выходу сунул в штаны какую-нибудь книгу. Все равно какую.

Однако у Руди был недостаток – нетерпение.

– Уже поздно, – сказал он, и стал поворачивать прочь. – Ты едешь?

Лизель не поехала.

Тут и думать не о чем. Она не для того тряслась всю дорогу в гору на этом ржавом велике, чтобы теперь уйти без книги. Лизель сунула велик рулем в сточную канаву, огляделась, не видать ли соседей, и двинулась к окну. На хорошей скорости, но без суеты. В этот раз она сняла ботинки без рук, наступая на задники.

Пальцы ухватились покрепче за дерево, и она проскользнула в дом.

Теперь, пусть лишь самую малость, но Лизель было спокойнее. В какие-то несколько секунд она обошла комнату, выискивая заглавие, которое ее бы не отпустило. Три или четыре раза уже почти протянула руку. И даже раздумывала, не взять ли несколько книг, но и в этот раз решила не нарушать сложившуюся систему. Сейчас ей была необходима только одна книга. Лизель вглядывалась в полки и ждала.

Свежая темнота влезла через окно за ее спиной. В воздухе околачивался запах пыли и воровства, и тут Лизель увидела.

Красная книга с черными буквами по корешку. «Der Traumtrager». «Почтальон снов». Лизель подумала о Максе Ванденбурге и его снах. О муках совести. О спасении. О брошенных родных. О боксе с Гитлером. А еще подумала о своих снах – о брате, умиравшем в поезде и явившемся на крыльце вот тут, за углом от этой самой комнаты. Книжная воришка посмотрела на окровавленное колено мальчика – она спихнула его со ступеней собственной рукой.

Лизель вытянула книгу с полки, сунула ее под мышку, влезла на подоконник и выпрыгнула наружу – все в одно движение.

Ее ботинки Руди держал в руках. И велосипед наготове. Едва Лизель обулась, они покатили прочь.

– Езус, Мария и Йозеф, Мемингер! – Прежде Руди никогда не звал ее по фамилии. – Ты полный псих. Ты это понимаешь?

Лизель, очумело давя на педали, согласилась.

– Понимаю.

На мосту Руди подытожил их вечерние приключения:

– Эти люди или полные безумцы, – сказал он, – или просто любят подышать свежим воздухом.

*** НЕБОЛЬШАЯ ПОДСКАЗКА ***Или, может, на Гранде-штрассе простобыла одна женщина, у которой теперь появиласьдругая причина держать окно библиотекиоткрытым – впрочем, это во мне говоритцинизм; или надежда. Или то и другое вместе.