После двенадцати дней отсутствия Алекса Штайнера Руди решил, что с него хватит. Он вбежал в калитку и постучал в дверь Лизель.

– Kommst?

– Ja.

Ей было все равно, куда он идет и что задумал, но без нее он никуда не пойдет. Они прошли по Химмель-штрассе, по Мюнхен-штрассе и вышли из Молькинга совсем. Только примерно через час Лизель задала насущный вопрос. До той минуты она только поглядывала на решительное лицо Руди, на прижатые к бокам локти и кулаки в карманах.

– Куда мы идем?

– А разве не ясно?

Лизель старалась не отстать.

– Ну, по правде – не совсем.

– Я собираюсь его разыскать.

– Твоего папу?

– Да. – Руди немного подумал. – Нет. Наверное, я лучше разыщу фюрера.

Шаги ускорились.

– Зачем?

Руди остановился.

– Затем, что я хочу его убить. – Он даже развернулся на месте, к остальному миру. – Слышали, вы, гады? – заорал он. – Я хочу убить фюрера!

Они двинулись дальше и шли так еще пару километров. И вот тогда только Лизель нестерпимо захотелось повернуть назад.

– Руди, скоро стемнеет.

Он продолжал шагать.

– И что?