— Доктор Вебер не может подойти к телефону.

— Его нет в клинике?

— Он в клинике. Но сейчас с ним нельзя говорить.

— Послушайте. Пойдите и скажите, что его просит Равик. Пойдите немедленно. Очень важное дело. Я подожду.

— Хорошо, — неуверенно ответила сестра. — Сказать скажу, но он вряд ли…

— Посмотрим. Только сообщите побыстрей. Не забудьте мою фамилию: Равик.

Вебер не заставил себя долго ждать.

— Равик! Где вы?

— В Париже. Приехал сегодня. У вас операция?

— Да. Начну через двадцать минут. Острый аппендицит. А потом встретимся, хорошо?

— Могу подъехать к вам сейчас же.

— Отлично. Жду вас.

— Вот хороший коньяк, — сказал Вебер, — вот газеты и медицинские журналы. Устраивайтесь поудобнее.

— Рюмку коньяку, халат и перчатки. Вебер с удивлением посмотрел на Равика.

— Я же вам сказал — самый заурядный аппендицит. Работа совсем не для вас. Сам управлюсь в два счета. Ведь вы, должно быть, изрядно устали.

— Вебер, сделайте одолжение и уступите мне эту операцию. Я нисколько не устал и чувствую себя прекрасно.

Вебер рассмеялся.

— Не терпится поскорее взяться за дело? Ладно, пусть будет по-вашему. Я вас вполне понимаю.

Равик вымыл руки, на него надели халат и перчатки. Операционная. Знакомый запах эфира. Эжени стояла возле больного, подготавливая все для наркоза. Другая сестра, очень хорошенькая молодая девушка, раскладывала инструменты.