– Такова была воля твоего отца, Энт. Ты сам признал это.

Почувствовав тревогу, он скрипнул зубами. Прошло всего несколько месяцев с тех пор, как он проговорился о последнем разговоре с отцом, но уже много раз пожалел об этом.

– Вряд ли я научусь чему-то полезному, если меня запрут в школе с несколькими сотнями других мальчиков, – ответил он. – А вы всегда говорили, что частные школы – пятно на духовной культуре Великобритании.

– Не исключено.

– Может, вы просто хотите отослать меня подальше? – Энтони перевел взгляд на Дафну, с головой погруженную в чтение книги и держащую в повисшей руке сигарету. Несмотря на это, по некоторому напряжению ее неподвижной фигуры он понимал, что она слушает.

Глаза Дины расширились.

– Нет, нет, Энт, дорогой. Я не хочу никуда тебя отсылать, но думаю, что тебе стоит поехать. Школа Даунхэм-Холл очень хороша, и твой отец мечтал, чтобы ты там учился, ты и сам это знаешь. К тому же у меня есть деньги…

– Откуда? Откуда у вас внезапно взялись деньги?

– Не думай об этом.

– Пожалуйста, не заставляйте меня, – тихо сказал он.

– Энт, дорогой, ты не можешь оставаться здесь вечно, – мягко ответила она.

– Я знаю. Но мне не по душе оставлять вас одну, пока идет война.

Она повернулась к нему спиной, поправляя салфетки на буфете.

– У меня есть Дафна.

– Не думаю, что Дафна вам поможет, если нападут немцы.

Дафна подняла голову от «Унесенных ветром» – роман одолжила ей жена викария.

– Дина хочет для тебя только самого лучшего, Энт…

– Тони. Пожалуйста, Дина… – Но его двоюродная бабушка уже напевала какую-то мелодию, словно его здесь и не было.