Хужий ознакомил вожатых с тем, что комсомольская ячейка в целях предотвращения каких-либо неприятностей приняла решение организовать охрану лагеря шкотовских пионеров, для чего поручили пионервожатым ночевать вместе со своим отрядом, а комсомольцам Новонежина организовать несение караульной службы вокруг школы в течение всей ночи. Одновременно он предупредил шкотовских вожатых, что если вокруг школы вдруг поднимется стрельба, то всех ребят следует уложить на пол, лечь там же и самим, не выходить из школы до тех пор, пока в неё не зайдёт кто-нибудь из знакомых новонежинских комсомольцев.

По утверждённому плану, после обеда, который должен был состояться в ближайшие полчаса, мёртвого часа для шкотовцев и домашнего отдыха для новонежинцев, в 5 часов вечера на поляне перед школой состоится большой пионерский концерт с участием пионеров и вожатых обоих отрядов. Программу концерта поручили разработать Нюсе и Кате, включив в неё все приготовленные номера, в помощники им выделили Лиду Сердееву и Валю Фишер. После концерта собирались зажечь костёр, руководство песнями и играми около него поручили Борису.

На следующий день после завтрака решили организовать физкультурные выступления, подвижные игры на лугу, отделявшем район станции от села, ими должны были руководить все вожатые. Затем обед, отдых и проводы шкотовского отряда домой.

Алёшкин деятельно распоряжался всем, его обычная подвижность, очевидно, от присутствия Кати Пашкевич, увеличилась по крайней мере вдвое, особенно, когда он замечал бросаемые ею на него украдкой взгляды, в которых читал и одобрение своему поведению, и даже как будто (хотя, может быть, ему это только казалось) какую-то ласку. От этого его энтузиазм и работоспособность казались ему безграничными.

Конечно, такое его поведение не осталось незамеченным. Первой, кто обратил на это внимание, была Тина Сачёк. Она тихонько сказала Полине:

— Смотри-ка, как Борька-то наш вокруг этой тонконогой девчонки, Катьки Пашкевич, увивается, прямо из кожи лезет! Втюрился, кажется, по уши, а она будто и не замечает!

Та рассмеялась:

— А ты что, ревнуешь?

Тина немного смутилась, но быстро оправилась и, слегка нахмурившись, отвернулась:

— Вечно у тебя глупости на уме, Поля. Ведь знаешь, что меня с ним ничего, кроме простой комсомольской дружбы, не связывает, ведь он по сравнению со мной мальчишка! Мне просто жалко его и обидно, что он так теряет голову, и, кажется, зря! Его поведение уже всем бросается в глаза, пойдёт болтовня…

Как ни тихо вёлся этот разговор, Нюська сумела его услышать, и хоть не полностью, но содержание поняла, она не замедлила передать его и Борису, и Кате.