На пустой тогда дороге, ведущей к Мартинову, начал он преследование, ставкой которого была жизнь.

Храбрый, но тяжёлый конь Лешека бежал, насколько хватало ему сил, панукаемый сидящим на нём князем; лошадь Святополка, хотя поднимала тяжесть побольше, потому что тот был в доспехах, была младше, более энергичной и недавно взятой, поэтому с каждой минутой приближался всё больше.

Ногой, покрытый потом, озябший Лешек молился уже, чувствуя, что приближается его последняя минута. Он ударял коня руками, бил ногами, лёг на него весь – летел. Но тут же за собой услышал конские копыта, дыхание запыхавшегося животного, звон оружия неприятеля. Святополк был в ярости, боясь, как бы враг от него не ушёл, вбивал шпоры в брюхо коню, бил его плашмя мечом, начал кричать.

– Накло! Накло! Дам я тебе сегодня кровавое Накло… последний час твой пробил!

Лешек не имел сил, не хотел отвечать. Пугало его одно – что он был безоружным; ни меча, ни копья, ни палки даже, которой бы мог бросить нападающему, убийце в глаза.

Рыцарская кровь бурлила у него в жилах.

Умереть было ничто, но быть убитым, не нанеся даже раны, не подняв даже руки на врага, быть так жалко раздавленным – казалось ему хуже смерти.

Уже на бегу Лешек схватил жердь из забора, стоящего у дороги, и вырвал значительный её обломок… Конь останавливался… Голос Святополка звучал над его ухом: «Накло!»

Но в утреннем рассвете неподалёку видна была деревня, в которой могли находиться люди, могли найтись солдаты.

Они были вдвоём, потому что остатки рыцарей Святополка напали в целях грабежа на дом и спящий лагерь.

Поэтому Лешек мог иметь какую-нибудь надежду, что, добежав до Мартинова, сумеет скрыться, защититься, созвать толпу. Святополк также этого опасался и у его коня лилась кровь из ран, нанесённых шпорами.

Вдруг Лешек почувствовал горячее дыхание на своём теле, его конь останавливался. Рука, одетая в железную перчатку, схватила его за шею и выскользнула.

Наступила последняя минута обороны. Той отломанной жердью, что держал в руке, Лешек ударил в лицо приближающегося Святополка; его испуганный конь отскочил в сторону.

Лешек, пользуясь этим, продвинулся на несколько шагов к деревне. Но затем поморский разбойник вынудил коня к номвой погоне, и оказался рядом с Лешеком.

Ещё раз князь сумел отбить удар, который был ему предназначен, но трухлявое дерево против железа рассыпалось на кусочки. В эти минуты меч Святополка, нацеленный в череп, расколол его. Лешек закачался, держась ещё за коня, когда второй удар перерезал ему шею.

Княжеский конь упал на передние ноги и повалился с ним.