Тонконогий, особенным счастьем, не спал, когда нагрянул Святополк. У него не было ни малейшего предчувствия, чтобы съезд в Гонсаве мог так трагически окончиться, – однако же необычный шум в эту пору встревожил его. Он взял меч и шлем, выбегая к своим людям в ту самую минуту, когда противники выламывали дверь и хотели на него броситься.

Пользуясь сумерками, князь побежал прямо к лошади, схватил первую, какую нашёл под рукой, и пустился полем к лесу.

Его не преследовали, ища в углах дома, потому что люди Святополка были убеждены, что он не имел времени сбежать от них.

Князь Конрад Мазовецкий – что не ускользнуло позже от людских глаз – оказался вооружённым и готовым к побегу, когда шум на площади объявил о нападении. Но его десяток хорошо вооружённых человек сидел на конях, поэтому он почти спокойно уехал, без препятствий, что позже бросило на него подозрение, что если в заговоре участия не принимал, по крайней мере был о нём осведомлён.

Прежде чем те из епископов, которые были в Гонсаве, потому что другие находились в Тжемешне, проснулись и могли войти в часовню, из которой Иво хотел, взяв крест, прямо выступить с ним на убийц, эта кровавая трагедия была завершена. Только чернь грабила по углам, унося ковры, одежду, оружие и что могла ухватить. Проснувшиеся от крепкого сна люди в лагере потеряли головы. Не могли найти оружие, которое какая-то невидимая рука передвигала и прятала в соломе и сене.

Лошадей не было. Испуганные своей беззащитностью люди начали убегать… нечем было обороняться, и неизвестно, против кого.

Одни убегали в лес, другие скрывались в низинах, иные стояли ещё как пьяные, не понимая, что было причиной этого замешательства.

Мшщуй, подав коня Лешеку, оказался почти один с мечом против этой ватаги, которая на него наступала. Это его вовсе не устрашило, он знал, что погибнет, как раз поэтому он решил дорого продать свою жизнь. Вооружённые люди, которые спешили прямо на дома, припёрли его только к стене бани… нескольким он отплатил, но наступали всё новые с поспешностью, и на битву ни один не имел времени. Несколько ударов разбило ему шлем и легко ранило голову. У этих людей что-то иное было на уме, им по вкусу был грабёж, в котором не хотели дать опередить себя. Поэтому они обошли помятого и раненого Валигуру; и тот хотел броситься за ними, когда сбоку показался Герон с криком, точно давно его поджидал; он напал на старца. С другой стороны Яшко из-за угла с тыла, взяв меч обеими руками, ударил старца в голову, и через минуту, когда немец с пробитой грудью падал на землю, Мшщуй прикрыл его собой.