Ему наследует также родственник из астраханского царского дома, сын уже упомянутого Кайбуллы Мустафа-Али. О его правлении в Касимове известно крайне мало, достоверной можно признать лишь запись:
Здесь надо подчеркнуть, что о Касимовском ханстве, а также о его субъектности и союзных отношениях с Москвой, было давно известно от Монголии до западной Европы. Политика Орды учитывала отношения с Касимовым. Ордынские, а потом крымские ханы не раз пытались перетянуть на свою сторону союзное Москве государство.
Вернемся к сыновьям Кайбуллы. О брате Мустафы-Али Муртозе-Али, владевшего Звенигородом после Ядыгаря – Симеона Касаевича Казанского, известно больше, но фигурирует он под другим именем. В 1570 году Муртоза-Али крестился. После крещения звался Михаилом Кайбулиным сыном Аккубековым царевичем Астраханским или просто Михаилом Кайбуловичем. И сразу получил важнейшую должность – командовал кремлевским войском. В 1571 году оборонял Москву от крымцев, не сдал им город. В 1572 году Грозный поставил его во главе Боярской думы – Михаил Кайбулович фактически стал правителем Земской части Руси. Был женат на дочери боярина и воеводы Ивана Васильевича (Большого) Агафье Шереметевой.
Что касается новообращенного Симеона, он не очень сожалел о потерянном царстве – тем же летом царь нашел ему невесту, да какую! Анастасию Черкасскую, дочь князя Мстиславского, вдову князя Михаила Темрюковича – родного дяди нашего героя, первого государева советника, зарезанного по приказу того же государя из-за подозрений в измене. Невеста была в родстве с царями, к тому же считалась первой красавицей. Грозный сам устроил свадьбу, был на ней посаженым отцом, новобрачных щедро одарил вотчинами. Этим браком кровь Чингисхана смешивалась с кровью Рюриковичей и Палеологов, а также литовских Гедиминовичей.
В Москве царь держит крестника подле себя и, как увидим, не зря. Спустя два года Иван Грозный вдруг оставляет трон и сажает на него Симеона Бекбулатовича, именуя «великим князем всея Руси». Поселяет его с женой и родней в царских палатах, а сам селится на Арбате и пишет «государю» письма, именуясь Иванцом Московским, в думе сидит «запросто» на лавках рядом с боярами.