– Да все ты можешь!
Айвор был в ярости, но очень старался этого не показать.
– Я приеду, как только смогу. Поверь, Айвор. Ты должен мне поверить. И потом, вам же просто нужно подписать отказ от свиданий. И все. По взаимному согласию.
– Ты уже второй раз их подводишь! Я так и знал. Мне сразу было ясно, что тебе никогда не понять, что это такое.
Питер закрыл уши руками. Мисс Бриджес принялась старательно рыться в сумке, делая вид, что не слышит их препирательств.
– Ты несправедлив.
– Это я-то несправедлив?!
Айвор вихрем вылетел из дома, с такой силой захлопнув за собой заднюю дверь, что на кухне задребезжали висевшие на крючках чашки. Мисс Бриджес и Питер, криво улыбнувшись Кларе, последовали за ним.
Едва услышав звук отъезжающей машины, Клара не стала подниматься наверх, но со всех ног помчалась в хирургический кабинет доктора Кардью. Ноги ее гулко стучали по тротуару в такт без конца повторяющейся мысли:
Клара испытала облегчение, когда дверь ей открыл сам доктор Кардью. Ей совсем не хотелось быть подвергнутой допросу, который непременно учинила бы Анита. Нет, только не сегодня!
– Я по поводу Морин… Она… она в ужасном состоянии. У нее, по-моему, выкидыш случился.
– Она одна?
– Нет, с ней один мальчик, они у меня в комнате. Вы можете прийти?
– Вы идите к ним, а я возьму инструменты и подгоню машину.
К задней двери Грейнджа они прибыли почти одновременно, и доктор Кардью сразу ринулся наверх, подхватив свой саквояж. Он прекрасно знал, куда идти, он столько раз бывал здесь по вызовам.
Морин металась на постели и все время плакала. Парнишка стоял рядом и бессмысленно гладил ее по голове.
– Все у меня как-то не по-человечески получается! Ну, почему я такая невезучая! – выкрикивала Морин.