– А вы здесь очень неплохо все устроили, так гораздо лучше, – не умолкала миссис Гаррард. – Даже мне заметно, что и дети ваши выглядят куда более счастливыми. Я понимаю, что много раз на них жаловалась, но, справедливости ради, должна сказать: вы достойны аплодисментов, ибо уже успели добиться столь многого.

Гости задержались до позднего вечера. Детей Клара не стала отсылать спать, и все весело болтали и смеялись. Рита играла на фортепиано, а Пег под эту музыку танцевала с дамами в саду. Мальчики то исчезали, то появлялись вновь. Морин весьма ловко готовила напитки, которые Питер, страшно стесняясь, подавал гостям. Алекс рассказал увлекательную историю о Сэмюэле Пеписе, который во время Большого Лондонского пожара ухитрился закопать в землю свои запасы пармезана, до такой степени он любил этот сыр.

– Чего только ни сделаешь во имя любви, – вздохнула мисс Бриджес и посмотрела на Клару. А миссис МакКарти, то и дело откусывая от «кокосового льда», спросила Клару, есть ли у нее некая веская причина, препятствующая ее более активному участию в политической жизни и в продвижении основных идей, выдвигаемых Советом. Особенно в плане защиты детей – учитывая все то, чему она в данной области успела научиться.

Никаких веских причин у Клары не было. Она даже испытала некое волнение. Работа и с детьми, и с документами? Но ведь это она как раз и любит больше всего. Может, ее личная жизнь и потерпела крах, но все остальное, похоже, как раз налаживается. Может, так оно и должно быть?

* * *

На следующее утро Клара развешивала в саду выстиранные простыни. Пег ночью описалась, и Клара считала, что виновато избыточное волнение и, конечно, слишком позднее чаепитие. И вообще вчера было чересчур много всякой суеты. Однако подобные неприятные инциденты определенно случались с детьми все реже и реже. Билли с утра, правда, выглядел совершенно больным – должно быть, съел что-то не по вкусу собственному желудку, – и Клара на всякий случай заставила его сунуть два пальца в рот, пока они с Барри не удрали из дома и не умчались куда-то в поля. Алекс изучал сыры. Рита была озабочена тем, что забыла, как зевать. Терри, естественно, куда-то задевала свои очки. Питер еще спал – вчера вечером он еще долго после полуночи возился на кухне и мыл посуду. Морин ночевать в Грейндже не осталась, но не пожелала сказать, куда направляется, хотя обещала к обеду в воскресенье прийти снова. И помочь этот обед приготовить.

– А ничего, если я приведу Джо? – вдруг спросила она, и Клара предположила, что, наверное, ничего.