Для Шанхая, который в целом обошли стороной затронувшие многие регионы Китая масштабные межфракционные междоусобицы, кампания обернулась серьезными последствиями. Революционный комитет этого города вознамерился провести четко организованную акцию по разоблачению и выставлению тайных классовых врагов у позорного столба. С января 1968 г. по апрель 1969 г. в следственные мероприятия оказались втянутыми 169 тысяч человек. 17 из 20 высокопоставленных партийных и правительственных чиновников Шанхая были объявлены предателями. Бывший мэр и один из его заместителей умерли в заключении. Около 84 % партийных и правительственных чиновников города – более 900 человек – были обвинены или задержаны. 46 из них скончались под стражей. Всего же в результате кампании к концу 1968 г. погибло более 5000 человек – это лишь примерная цифра, основанная на делах, находившихся под непосредственной юрисдикцией профильных ведомств, отвечавших за проведение расследований [Xu 1990].
В провинции Гуандун, которая переживала ожесточенную межфракционную борьбу, усмиренную лишь применением военной силы, кампания обострила все еще теплящиеся разногласия между повстанческими группировками. Конфликт начал принимать все более пугающий оборот. Армия здесь была на стороне «Восточного ветра», в то время как мятежники из «Красного знамени» настойчиво боролись с вооруженными силами до самого конца. Чистки последовали вскоре после того, как в феврале 1968 г. провинция приняла решение по выходу из политического кризиса. Ответом на последние тщетные попытки воспротивиться военному контролю стали репрессии. В массовой резне, которая сопровождала установление мира в сельских районах Гуандун, только за рассматриваемый период погибло более 30 тысяч человек [Contemporary China 1991b: 118].
График 12.2 позволяет нам оценить масштабы этих новейших чисток в сравнении с ранними периодами «культурной революции». Репрессии и одновременное вооруженное подавление оппонентов из противоборствующих фракций сформировало смертоносную волну, последствия которой значительно превзошли самые худшие сценарии недавнего прошлого. Пик смертности в августе 1967 г., когда начали массово раздавать оружие с армейских складов, в этом контексте меркнет. На фоне данных за август 1967 г. показатели смертности периода с марта по сентябрь 1968 г. смотрятся ужасающе. В описываемый период месячная смертность была примерно в четыре раза выше, чем в последующие пять месяцев. Наивысшие значения смертности по причине чисток совпадают с цифрами последнего этапа спада деятельности повстанцев, которую мы упоминали при рассмотрении графика 12.1. Из этих цифр становится очевидным, что избранное лекарство от недуга межфракционных столкновений оказалось большей отравой, чем сама болезнь.