Артабаз приезжал часто. Привозил новых рабов, проводил со спартиатом вечера в бане. Интересовался его связями в Афинах. Хвастался близостью к Ксерксу.

Однажды перс попросил завербовать кого-нибудь из высшего руководства Афин. От озвученной суммы вознаграждения у Павсания округлились глаза. Вскоре вопрос был решен.

Чтобы отвести от себя подозрения, он начал переписываться с Фемистоклом, который к тому времени уже осел в Магнесии-на-Меандре. Бывший афинский политик от соучастия в предательстве отказался, но его письма Павсаний сохранил.

И тут снова грянул гром: эфоры потребовали, чтобы он вернулся домой. Вскоре на горизонте показались паруса Кимона, присланного Народным собранием Афин для ареста подозреваемого в государственной измене регента Спарты.

Сумев сбежать, Павсаний обосновался в Троадских Колонах. Потом все-таки вернулся в Спарту, но угодил в тюрьму по обвинению в предательстве. Эфоры припомнили ему и своекорыстную надпись на треножнике в Дельфах, и подозрения в подстрекательстве илотов к восстанию.

В дело опять пошла персидская мзда. Надпись на дельфийском трофее в честь победы при Платеях заменили, а доносы илотов посчитали необоснованными для обвинений в адрес спартиата царского происхождения.

Открыто вести персидский образ жизни, как в Византии, Павсаний в Спарте не мог. Но осмелел: возобновил тайную переписку с Артабазом, завел кухарку из Мидии. Водяные часы-клепсидру называл "фенджан". Дома вместо хитона носил персидский кандис. Да — длинный, ну и что с того? В женское платье наряжались даже Геракл с Ахиллом.

Связник в Афинах продолжал получать от него указания. Безнаказанность затуманила регенту глаза…

Разгуливая по рынку, Павсаний раздумывал о странном поведении своего любовника Герофита. От отца-эллина уроженцу Аргила достались густые черные кудри, а от матери из фракийского племени бисальтов — голубые глаза.

Ах, этот запах мужского мускуса, тонкая талия, выпуклые мышцы на животе… Вспоминая ласки Герофита, Павсаний жмурился от удовольствия. Жаль, что правила безопасности требуют избавляться от свидетелей. Но тогда, на мысе Тенар — что это было?

Регент отправил любовника в Даскилий с посланием для Артабаза. Однако ответ пришел из Лаконии — и не от перса, а от самого Герофита с просьбой срочно приехать на встречу к храму Посейдона Асфалея.

Странное место для свидания — убежище от гонений. Когда Павсаний вошел в хижину, аргилец начал осыпать его упреками. Почему в письме была приписка с просьбой убить курьера? Он его больше не любит? Это награда за преданность?