75

Записанное в летописях – это мир, длящийся во времени. Нанесенное на карты – это мир, развертывающийся в пространстве[290].

Ю Хуэйань: «Все происходящее в мире – это пространство первозданного хаоса». Гу Тянью: «Меня всегда занимало, где в мире находится Небесный дворец и откуда в мир исходит дыхание ада. Все-таки в мире есть вещи, которые невозможно уразуметь».

Ю Хуэйань: «Все происходящее в мире – это пространство первозданного хаоса».

Гу Тянью: «Меня всегда занимало, где в мире находится Небесный дворец и откуда в мир исходит дыхание ада. Все-таки в мире есть вещи, которые невозможно уразуметь».

76

Восемь триграмм Прежденебесного порядка располагаются по вертикальной оси. Восемь триграмм Посленебесного бытия располагаются по горизонтальной оси[291].

У Цзенань: «Смотри хоть по вертикали, хоть по горизонтали, а все равно ничего не разглядишь». Цянь Мутянь: «Зачем же быть таким безучастным к делам?»

У Цзенань: «Смотри хоть по вертикали, хоть по горизонтали, а все равно ничего не разглядишь».

Цянь Мутянь: «Зачем же быть таким безучастным к делам?»

77

Держать книги дома нетрудно, а трудно заглядывать в них. Заглядывать в книги нетрудно, а трудно вчитываться в них. Вчитываться в книги нетрудно, а трудно приложить их мудрость к делу. Приложить книжную мудрость к делу нетрудно, а трудно ее запомнить.

Ван Жуйжэнь: «Кто умеет запоминать книжную мудрость и пользоваться ею, тот и умеет держать у себя книги». Чжан Чжупо: «Запоминать мудрость, конечно, трудно, а применять ее к делу еще труднее».

Ван Жуйжэнь: «Кто умеет запоминать книжную мудрость и пользоваться ею, тот и умеет держать у себя книги».

Чжан Чжупо: «Запоминать мудрость, конечно, трудно, а применять ее к делу еще труднее».

78

Легко найти понимание среди своих друзей, трудно найти понимание среди своих женщин. А сделать так, чтобы правитель и его подданные понимали друг друга, еще труднее.

Ван Минъю: «Труднее найти понимание у жены, нежели у наложницы, и вдвойне труднее добиться понимания между женой и наложницей». Чжан Чжупо: «Трудно найти понимание также среди братьев». Цзян Ханьчжэн: «А вот боги и духи, кажется, понимают нас неплохо».

Ван Минъю: «Труднее найти понимание у жены, нежели у наложницы, и вдвойне труднее добиться понимания между женой и наложницей».

Чжан Чжупо: «Трудно найти понимание также среди братьев».

Цзян Ханьчжэн: «А вот боги и духи, кажется, понимают нас неплохо».

79

Что такое добрый человек? Кто не причиняет вреда людям, тот и есть добрый человек.

Что такое злой человек? Кто вредит людям, тот и есть злой человек.

Цзян Ханьчжэн: «Но есть и такие, кто вредят людям, но пользуются доброй репутацией, и такие, кто извлекают выгоду, стараясь выглядеть бескорыстными».

Цзян Ханьчжэн: «Но есть и такие, кто вредят людям, но пользуются доброй репутацией, и такие, кто извлекают выгоду, стараясь выглядеть бескорыстными».

80

Полнота счастья: иметь время читать книги; иметь время помогать людям; обладать достаточной ученостью, чтобы писать книги; быть избавленным от обязанности выслушивать споры; иметь знающих и верных друзей.

Инь Жицзе: «Я человек не очень везучий, должен искать свое счастье, стараюсь всегда быть осмотрительным – и не более того». Ян Шэнцао: «Будет жаль, если все это счастье достанется какому-нибудь пошляку». Ван Данлу: «Такая полнота счастья доступна только нашему автору».

Инь Жицзе: «Я человек не очень везучий, должен искать свое счастье, стараюсь всегда быть осмотрительным – и не более того».

Ян Шэнцао: «Будет жаль, если все это счастье достанется какому-нибудь пошляку».

Ван Данлу: «Такая полнота счастья доступна только нашему автору».

81

В жизни нет ничего приятнее праздности, но не потому, что ты можешь бездельничать. Когда празден, ты можешь в свое удовольствие читать книги, осматривать достопримечательности, встречаться с друзьями, пить вино, писать. Что в мире может принести больше радости?

Чэнь Хэшань: «В таком случае ты всегда будешь очень занят». Ю Хуэйань: «Древние говорили: „Укради праздность у занятости“. Такая „кража праздности“ тоже в своем роде искусство»[292]. Ли Жоцзинь: «Настоящей праздности достичь нелегко. Когда имеешь эти пять удовольствий, и мечтать о праздности нет нужды».

Чэнь Хэшань: «В таком случае ты всегда будешь очень занят».

Ю Хуэйань: «Древние говорили: „Укради праздность у занятости“. Такая „кража праздности“ тоже в своем роде искусство»[292].

Ли Жоцзинь: «Настоящей праздности достичь нелегко. Когда имеешь эти пять удовольствий, и мечтать о праздности нет нужды».

82

Литературное сочинение – это пейзаж на столе. Пейзаж – это литературное сочинение на земле.

Ли Шэнсюй: «Однако же сочинение должно обладать блистательным изяществом, и только тогда его можно уподоблять пейзажу. А пейзаж должен обладать необыкновенными красотами, и только тогда его можно уподоблять литературному произведению».

Ли Шэнсюй: «Однако же сочинение должно обладать блистательным изяществом, и только тогда его можно уподоблять пейзажу. А пейзаж должен обладать необыкновенными красотами, и только тогда его можно уподоблять литературному произведению».

83

Среди знаменитых романов «Речные заводи» – книга гнева, «Путешествие на Запад» – книга прозрения, «Цзинь, Пин, Мэй» – книга печали.

Цзян Ханьчжэн: «Некоторые говорят, что „Цзинь, Пин, Мэй“ – распутная книга. Они напоминают мне тех, которые едят „свинину от Дунпо“[293] и думают, что они уже могут судить о поэзии Дунпо». Инь Жицзе: «А „Прозрачные тени снов“ – это книга отдохновения». Чжу Цигун: «Я бы сказал, что это книга настроений». Пан Тяньчи: «„Прозрачные тени снов“ – это книга ненависти и книга медитации».

Цзян Ханьчжэн: «Некоторые говорят, что „Цзинь, Пин, Мэй“ – распутная книга. Они напоминают мне тех, которые едят „свинину от Дунпо“[293] и думают, что они уже могут судить о поэзии Дунпо».

Инь Жицзе: «А „Прозрачные тени снов“ – это книга отдохновения».

Чжу Цигун: «Я бы сказал, что это книга настроений».

Пан Тяньчи: «„Прозрачные тени снов“ – это книга ненависти и книга медитации».

84

Вообще говоря, чтение доставляет удовольствие. Но, читая исторические книги, мы редко радуемся и часто впадаем в гнев. И все же в конце концов даже этот гнев оказывается источником радости.

Чжан Чжупо: «Вместо того чтобы гневаться или радоваться, лучше забыть обо всем и войти в царство Великого Наслаждения».

Чжан Чжупо: «Вместо того чтобы гневаться или радоваться, лучше забыть обо всем и войти в царство Великого Наслаждения».

85

Тот, кто откроет в старых книгах смысл, не высказанный древними, прослывет гением среди пишущих людей. Тот, кто сможет выразить заветные чаяния твоих домочадцев, станет твоим самым близким другом.

Сунь Кайсы: «В этом суждении выражен весь смысл книги нашего автора». Би Ювань: «У меня найдется несколько гениальных книг. И почему только люди не хотят их читать?» Лу Юньши: «Книга „Прозрачные тени снов“ раскрывает смысл, остававшийся скрытым прежде, говорит о том, о чем нелегко поведать, и, подобно раскатам грома, возвещает великую истину. Она заслуживает славы».