– Ты прав, – очнувшись от своих раздумий, уверенно заявляю я. – Лучше мне остаться в Бристоле, под крылом у Рори.

Джек в ответ улыбается.

– Я всегда знал, что в душе ты трусиха и неженка.

– А кто говорил, что я твердая, как сталь?

Джек закатывает глаза и делает вид, что занят только едой.

– Врал, чтобы тебе понравиться. Хотя видел тебя насквозь, Джессика Фокс, – говорит он, аппетитно чавкая.

Я откидываюсь на спинку стула и торжественно обещаю:

– Я докажу, чего стою, Джек Рентон. Я глаз не спущу с Финна. И если он хоть в чем-то переступит черту, я буду тут как тут. И не дам ему спуску. Обещаю.

53. Джесс

53. Джесс

«ВЕСТНИК БРИСТОЛЯ И СОМЕРСЕТА»

Пятница, 23 марта 2012 года

ЖЕРТВЫ УБИЙСТВА В ТИЛБИ САМИ ОКАЗАЛИСЬ УБИЙЦАМИ

Джессика Фокс

Дело об убийстве Клайва и Дейрдре Уилсон каждый день приносит все новые открытия. По мнению полиции, Уилсоны причастны к смерти двух молодых женщин.

Тело одной из них было найдено в подвале их дома в Бристоле и позже идентифицировано как тело Стейси Кинг из Кливдона, которая пропала в 1991 году, когда ей было семнадцать лет. До своего исчезновения Стейси жила с приемными родителями, по отзывам, «проблемный и вспыльчивый подросток». Судебный патологоанатом, проводивший вскрытие Стейси, заявил, что причина смерти – передозировка героина; по его мнению, она умерла примерно в 1993 году.

Продолжая расследование, полиция вновь вернулась к делу Марианны Уокер-Смит – девушки-подростка, найденной мертвой на Клэпхэм-Коммон в Лондоне в прошлом году, погибшей также от передозировки героина. По показаниям свидетелей, незадолго до смерти ее видели с Клайвом Уилсоном.

Как мы писали ранее, Клайв вместе со своей матерью, Дейрдре, был застрелен в ее доме в Тилби в начале этого месяца. Полиция пока не предъявила обвинений в их убийстве.

Брат Клайва, Норман Уилсон, был допрошен полицией на предмет его причастности к похищению Флоры Пауэлл и к убийствам Стейси Кинг и Марианны Уокер-Смит. Полицейские допускают, что данные преступления имеют отношение к деятельности огромной сети наркоторговцев и похитителей в Бристоле, Рединге и Лондоне.

Дочь Нормана, Лиза, заявила: «Я не верю, что мой отец в этом замешан. В последние десять лет мы редко виделись с дядей и бабушкой и никогда не посещали их дом в Бристоле. Да, мой отец не святой, он ни от кого не скрывал, что в молодости употреблял наркотики, однако преодолел пагубную привычку и уже много лет чист. Он ничего не знал о преступных злодеяниях своих родных».

Дилан Бёрд, который ухаживал в свое время за Флорой Пауэлл, также был допрошен и отпущен без предъявления обвинений. По его словам, Норман Уилсон в начале 1990-х годов снабжал его наркотиками, но затем они потеряли связь. «Я завязал с наркотиками так же, как и Норман. Слышал, что он стал примерным семьянином, и не думаю, что он принимал участие в похищении молодых девушек. Зато его брат и мать использовали нас, чтобы заманить мою девушку в ловушку. У меня не укладывается в голове, как Дейрдре Уилсон могла безучастно наблюдать за тем, что творилось у нее под носом».

Марго звонит мне на следующий день. Я иду домой и, услышав ее рыдания, сразу понимаю: случилось что-то ужасное.

– У Флоры инсульт, – сквозь слезы говорит Марго.

Я застываю, слепо глядя на реку. В темноте вода кажется черной и густой, как масло.

– Инсульт? Но ведь она такая молодая, – глупо лепечу я в ответ. Просто все пережившие инсульт, кого я знаю, – люди пожилые: мой дедушка, двоюродный дедушка Рори…

– Это результат многолетнего употребления наркотиков. Боюсь, она никогда не оправится полностью.

«Как же несправедлив мир», – думаю я и в бессильной ярости пинаю стоящую рядом скамейку. Боль от удара приводит меня в чувство. Ловлю себя на том, что в последнее время я избавилась от страха перед мрачными тенями и опасными преследователями. Все в этой жизни одновременно и проще, и страшнее.

– Перед инсультом Флора во всем призналась, – продолжает Марго. Она перестала плакать, но я понимаю, что за ее спокойствием скрывается отчаяние. – Она не хотела стрелять в Хизер, но та пыталась ее остановить, когда Флора решилась на убийство Клайва и Дейрдре. Они годами держали ее взаперти и подсадили на героин, вот она и решилась на крайность.

– Флора рассказала о том, что произошло в тот день? – спрашиваю я, закуривая сигарету.

Сидя на скамейке в темноте, я слушаю рассказ Марго о всех страшных событиях того рокового утра.

* * *

Хизер привезла Флору домой в надежде, что сможет уговорить сестру обратиться в полицию. Она уложила Флору в постель, а сама спустилась, чтобы приготовить чай. А когда вернулась, в комнате никого не было. Обнаружив исчезновение ключей от оружейного шкафа, Хизер сразу поняла намерения сестры и побежала в сарай, где застала Флору с дробовиком в руках.

«Только так я смогу помешать им погубить еще какую– нибудь девушку», – сказала ей Флора.

Хизер попыталась вырвать ружье из рук сестры, но оно выстрелило, и часть заряда попала Хизер в грудь. Падая, она ударилась головой. Мысль, что она своими руками убила сестру, привела Флору в отчаяние и укрепила ее намерение отомстить Уилсонам. Она взяла машину Хизер и поехала к дому Дейрдре в Тилби. Адрес она узнала ранее, подслушав разговор Уилсонов. Застрелив их, на автобусе вернулась в Бристоль.

Флора была слишком напугана, чтобы сдаться полиции; наоборот, она стала еще активнее колоться и бродяжничать. Однажды увидела меня на улице и проследила до дома, а затем пробралась в заброшенное здание напротив. Очевидно, она пыталась как-то дать мне знать о себе, наладить со мной контакт. Поэтому и подсунула автобусный билет – хотела сообщить, что она в Бристоле. Но я еще не знала тогда, что Флора жива, и не уловила связь.

– Она думала, что убила Хизер, – заканчивает Марго. – И боялась признаться. Все это Флора успела рассказать полиции до того, как случился инсульт. Теперь Хизер не предъявят никаких обвинений.

– А что будет с Флорой? После того, что Уилсоны с ней сделали, после всего, через что она прошла, ее ведь не привлекут к ответственности за убийства?

– Полиция считает, что все могло быть гораздо хуже. Клайв постоянно находился в поиске новых жертв – Флора стала чересчур стара для него. И если б Хизер вовремя ее не нашла, Клайв, скорее всего, убил бы ее, устроив передозировку, а потом закопал в подвале. Но Дейрдре… Чудовищно! Как она могла помогать сыну похищать девушек, закрывала глаза на то, что он накачивал их наркотиками и насиловал?! Это не поддается моему пониманию. Так или иначе, Флора слишком больна, чтобы предъявлять ей обвинения. Но если когда-нибудь она будет в состоянии предстать перед судом, то временное помешательство послужит главным ее оправданием, – бесстрастно произносит Марго.

Слушая ее, я не могу сдержать слез. Перед моим мысленным взором встает Флора, какой она мне запомнилась: счастливой шестнадцатилетней девушкой, переживающей свою первую влюбленность, постоянно танцующей или напевающей любимую мелодию «Гавань Марты».