После того как он вешает трубку, Марго опускается на стул, чувствуя себя совершенно опустошенной. Подумав немного, она решает вернуться в палату и подробно расспросить дочь. Время посещений вот-вот закончится, но медперсонал уже хорошо ее знает и, возможно, сделает ей поблажку.
У двери палаты стоит тот же полицейский, что и днем: он удивленно поднимает брови.
– Что-то вы зачастили, – весело приветствует он Марго. Совсем молоденький, со светло-карими глазами и круглым веснушчатым лицом – мог бы быть ее сыном. Он нравится Марго. Из всех полицейских, дежуривших в течение двух недель, он единственный, кто относился к ней по-человечески, а не как к матери преступницы.
– Забыла спросить кое-что, – говорит она, одаривая парня благодушной улыбкой.
В палате Марго застает медсестру, которая меряет ее дочери давление и температуру. Увидев мать, Хизер смотрит вопросительно, но не начинает разговор, пока они не остаются в помещении одни.
– Я позвонила Рутгоу. Он обещал разобраться, но ты должна рассказать мне все.
– Я еще не все вспомнила. – Хизер дотрагивается до повязки на голове. – Например, совсем не помню, как стреляла в Уилсонов, хотя знаю, что я была буквально одержима ею на протяжении нескольких недель.
Марго присаживается на край кровати.
– Кем одержима? Дейрдре?
– Ее собаки и кольцо не шли у меня из головы. – Хизер поднимает правую руку: – Это кольцо Флоры, мама.
Дед Марго был тщеславен и решил увековечить семейный герб в виде колец, хотя ни родословной, ни титулом он похвастаться не мог. После смерти деда Марго досталось его кольцо, а свое она отдала Хизер. Лео подарил свое Флоре, сказав, что у него никогда не будет детей и что он не хочет принимать участие во всей этой пафосной ерунде. Марго пришлось уменьшить кольцо, чтобы Флора в подростковом возрасте смогла носить его на мизинце.
Хизер протягивает матери кольца – сначала Флоры, потом свое. Внимательно изучив их, Марго понимает, что они абсолютно одинаковые.
– Теперь ты видишь? Это
Марго кивает. Почему она раньше не замечала, что оно у Хизер? В голове столько вопросов, что не поймешь, с какого начать…
– Что случилось с Флорой? Я должна знать.
Хизер открывает рот, чтобы ответить, но в этот момент в палату врывается медсестра. Одна из тех, с кем у Марго не складываются отношения. Ее зовут Бренда – злая и неприветливая особа с вечно поджатыми губами.
– На выход. Время посещений закончилось, – провозглашает она и тут же начинает подталкивать Марго в сторону двери. – Вам надлежало уйти еще в восемь часов.
Марго с радостью задушила бы эту Бренду.
– Не могли бы вы оставить нас на минутку, пожалуйста? – просит она. – Мне нужно поговорить с дочерью. – Она ждала долгие восемнадцать лет, больше нет сил оставаться в неведении.
– Утром поговорите. На выход! – категорично заявляет медсестра и буквально выпихивает Марго из палаты.
Уже в дверях Марго ловит взгляд дочери. «Мне очень жаль», – беззвучно, одними губами произносит она. Марго кивает в ответ.
– Все хорошо. Приеду завтра как можно раньше.
Дверь захлопывается.
Молодой полицейский пытается ее подбодрить:
– С такими, как Бренда, не стоит связываться.
Марго остается лишь улыбнуться.
Когда она, пошатываясь от усталости, идет по коридору, в сумочке звонит телефон. Как всегда, он оказывается на самом дне – пока она искала, трубка замолкает. На дисплее высвечивается номер Джессики Фокс. Не успевает Марго подумать, что бы это значило, как телефон снова оживает.
– Марго? – доносится знакомый голос. – Это Джесс. Кажется, я нашла Флору. Марго? Марго! Вы слышите меня?
48. Марго
48. Марго
Приятный на вид полицейский, которого, как оказалось, зовут Дейлом, помогает ей подняться и усаживает в кресло.
– Как вы себя чувствуете, миссис Пауэлл? – Он наклоняется к ней и ободряюще поглаживает по плечу, а потом в пластиковом стаканчике приносит воду. После обморока все вокруг Марго становится неестественно осязаемым и объемным: и трещинка на ободке стаканчика, и кремовые стены общего холла. Она до сих пор держит в руке мобильный телефон. – Да, крутануло вас… Может, позвать Бренду?
– Пожалуйста, не надо! – умоляет Марго.
Дейл понимающе улыбается.
– Тогда просто посидите здесь. Если что – я рядом.
С каким-то особым вниманием Марго оглядывает небольшой холл: вдоль стен – пластиковые стулья, в углу корзина с игрушками. На доске объявлений листовки и плакаты, призывающие обратиться к врачу при обнаружении крови в моче. Марго делает несколько глубоких вдохов, как ее учили на занятиях по йоге. Постепенно сердцебиение успокаивается, она осторожно встает и медленно идет по коридору. Словно мантру бормочет: «Я сильная. У меня все получится. Нельзя сдаваться, когда я так близка к разгадке. Хизер говорит, что Флора жива. Джесс – что нашла ее. Нужно срочно позвонить Джесс». Постепенно походка Марго становится все более уверенной. Руки еще дрожат, но она в состоянии набрать номер Джессики.
Та почти мгновенно отвечает; по голосу слышно, как она взволнована:
– Марго, с вами все в порядке?
– Джессика, где ты? Где Флора? Мне нужно ее увидеть, – перебивает ее Марго.
– Я в бристольской больнице. Флору привезли сюда десять минут назад.
«Боже мой, Флора здесь!» – вспыхивает в голове у Марго.
– Встретимся на входе, – говорит она, не заметив, что почти бежит по коридору.
* * *
Джессика стоит рядом с поразительно красивым мужчиной, который бережно обнимает ее за плечи. Похоже, она долго плакала: тушь на глазах размазана, лицо бледное и осунувшееся, на голове – копна спутанных волос. Одета в знакомое нелепое пальто, яркие колготки все в затяжках.
Увидев Марго, девушка радостно улыбается.
– Пойдемте скорее. Я отведу вас к Флоре, – тараторит она, хватая Марго за руку и увлекая за собой. Джесс настолько возбуждена, что забывает познакомить ее со своим другом.
– Боже мой, я ничего не понимаю… – без конца бормочет Марго.
Пока они спешат по переходу между корпусами, Джесс взволнованно и сумбурно рассказывает о каком-то заброшенном здании, о бездомной женщине, которая оказалась Флорой. Марго ничего не соображает – как будто сознание перестало нормально работать, а мысли превратились в тягучую субстанцию. В приемном покое Джесс разыскивает врача – усталого мужчину с помятым лицом, и тот разрешает Марго пройти к дочери. Обернувшись, она еще успевает попросить Джесс позвонить Гари Рутгоу.
– Должен вас предупредить, что ваша дочь очень плоха. У нее была передозировка героином; если б ее вовремя не нашли, она сейчас была бы мертва. Мы ввели ей препарат, который поможет снять последствия, но ей трудно дышать, и, боюсь, у нее поражено одно легкое. Вскоре начнется ломка. Вероятно, наркотики она принимает длительное время. И, честно говоря, со здоровьем у нее большие проблемы.
«У кого героиновая передозировка? У Флоры?» Марго никак не может понять, о ком идет речь. Наконец они входят в палату; там несколько коек, разделенных занавесками. Из-за одной из них доносятся страшные стоны и крики. Марго в ужасе замирает, но врач приглашает ее пройти дальше.
Подойдя к койке, она растерянно смотрит на врача. Перед ней какая-то незнакомая женщина – высокая и страшно худая. Это бедное существо на кровати совсем не похоже на ее прелестную девочку. На лице у незнакомки кислородная маска. И тут приходит страшное осознание: «Это Флора!» Такой стала ее некогда умная и красивая дочь. Роскошные волосы превратились в сальные лохмы, молодая свежая кожа стала серой и морщинистой.
От сдерживаемых рыданий Марго не может дышать.
– Флора? – тихонько зовет она. А сама нежно пробегает пальцами по лицу и волосам, нащупывает шрам от ветрянки рядом с левым ухом. Это Флора. Трудно поверить, но это Флора.
Сердце Марго заходится от любви, страха и печали. Она подносит к своему лицу бледную руку дочери и нежно целует.
Доктора приходят и уходят, медсестры заглядывают и о чем-то спрашивают… Марго никого не замечает. Теперь она никуда не отпустит от себя свою старшую дочь.
И тут случается чудо! Флора открывает глаза – прекрасные зеленые глаза, так похожие на глаза Хизер, – и шепотом произносит:
– Мама?
– Да, да, малышка, это я. Мама. С тобой все в порядке. Ты в безопасности.
Глаза Флоры наполняются слезами, она медленно поворачивает голову к Марго.
– Прости меня. – Голос у нее хриплый, как у заядлого курильщика.
– За что ты извиняешься, милая? – с трудом выдавливает Марго. – Я так по тебе скучала…
– Я тоже… Скажи мне… Хизер… жива? – с трудом выговаривает Флора.
– Жива и здорова. Не беспокойся о ней, – успокаивает Марго, а сама судорожно думает: «Откуда она знает? Должно быть, прочитала в газетах. Так вот почему она вернулась? Из-за Хизер?»
Марго возвращает кислородную маску на лицо Флоры.
– Позже мы обо всем поговорим. А сейчас тебе нужно отдохнуть. Все будет хорошо. Все уже хорошо.
На каждом вздохе в груди Флоры раздается страшный хрип, и этот звук разрывает душу Марго. Когда Флора закрывает глаза, она садится на холодный пластиковый стул рядом с кроватью дочери и начинает напряженно наблюдать за тем, как та дышит. И отпускает руку Флоры только тогда, когда входит врач. Следом за ним появляется полная медсестра и начинает с милым воркованием выпроваживать Марго из палаты.