– Ой. – Рита перестала улыбаться. – Мне ужасно жаль, Оуэн, но я не смогу, мой хороший. Веду Берти к ветеринару, хочу, чтобы моего старичка побыстрее осмотрели. Боюсь, придется вам идти вдвоем.
* * *
Кафе, куда пришли Оуэн с Мартой, называлось «Дом креветок», хотя подавали там не морепродукты, а кофе и выпечку. На стенах висели оранжевые сети, набитые пластиковыми крабами, а меню было оформлено в виде морских ракушек. На столах лежали клеенки с волнами и рыбками.
Марта ерзала на стуле – в компании Оуэна ей было чуточку неуютно. Обычно в кафе она бывала с родителями – водила их для разнообразия поесть супа. И теперь для нее что американо, что маккиато – все было едино. Поэтому, когда к ним подошла официантка, Марта попросила:
– Мне, пожалуйста, обычный кофе.
Оуэн изучал меню и цокал языком. Он расстегнул пуговицу на пиджаке и провел рукой по волосам, отчего на макушке образовался хохолок.
– Я буду то же самое плюс кусочек орехового торта с финиками, – сказал он. – Хм, еще есть финиковый пудинг с карамелью… и морковный пирог тоже неплох.
Марта любила, когда люди твердо знают, чего хотят, быстро оценивают ситуацию и принимают решение. Именно так она поступила в случае с родителями. Именно так она порвала с Джо.
Она буравила Оуэна взглядом поверх меню, мысленно призывая его побыстрее определяться с выбором.
– Иногда правильного решения нет и быть не может. Тогда нужно просто принять хоть какое-нибудь, – сказала она.
– Нет, я выбрал. – Оуэн широко улыбнулся официантке. – Остановлюсь на первом варианте – ореховом торте с финиками. Это здесь коронное блюдо. Вам надо его попробовать, Марта.
Марта указала на свой немаленький живот и вежливо улыбнулась. Помнится, отец называл ее пухленькой. Забавно: даже сейчас она слышит в голове его голос.
– Спасибо, но мне не стоит.
Принесли кофе; Оуэн помешал ложечкой в чашке и подался вперед.
– Это так удивительно… вам удалось разыскать Зельду.
Марта медленно, максимально тактично отклонилась назад, чтобы сохранить между ними дистанцию.
– Да, хотя, похоже, ее сиделка Джина от этого не в восторге. А еще я потратила целый день на то, чтобы приехать сюда, забросив другие свои дела.
– Так вы помимо библиотеки работаете где-то еще?
– Не совсем. Я просто помогаю людям, делаю для них всякую всячину.
– Как мило. Джина, наверное, ухаживает за вашей бабушкой, это ее работа – вполне естественно, что она ее оберегает.
Марта отхлебнула кофе.
– Да, я понимаю, только слишком уж ревностно она это делает. И вообще все так странно. И Зельда, и я уже не те, что прежде. Мне было всего пятнадцать, когда она умерла. То есть… хм… не умерла.
– В душе вы все равно остались прежней, – заверил Оэун.
Скорее всего, с его стороны это просто любезность, подумала Марта, но слишком у него все просто. Раньше она была подростком с лучистыми глазами, а Зельда – жизнелюбивой блондинкой. Теперь обе они пожившие женщины, которые не видели друг друга три десятка лет. И она не могла бы с уверенностью сказать, что они не изменились.
– У Риты чудесный экземпляр «Сини небес…» – Она вернулась к обсуждению книги. – Очень хотелось бы узнать, почему Зельда решила опубликовать эти сказки.
– У вас будет возможность спросить об этом ее лично. – Оуэн надорвал три пакетика с сахаром и высыпал их, один за другим, в кофе. – Так обидно, что мы взрослеем, да? В детстве мы свято верим в то, что человек способен превратиться в лягушку или что бывает девочка размером с наперсток.
– Думаю, моя сестра Лилиан никогда в это не верила, – скупо улыбнулась Марта. – А я, когда была моложе, писала рассказы. – Она осеклась, не зная, готова ли она откровенничать с этим человеком.
– А сейчас пишете?
– Я из этого выросла, – поспешила заверить она.
– Может, однажды вы снова к этому вернетесь. Однако же могу поспорить – вы любите читать.
– Что угодно и все подряд, если есть время.
У нее до сих пор трепыхалось сердце от чтения слащавых вампирских саг и подростковых антиутопий. Любила она и хорошие биографии, только, упаси боже, не звезд телевизионных реалити-шоу и не футболистов, а актеров, особенно тех, что уже в возрасте, но выглядят шикарно. Покрывалась мурашками от ужастиков с оранжевыми буквами-пиками на обложке и утирала слезы, погружаясь в чьи-нибудь жалобные мемуары. Она не могла понять библиотечных завсегдатаев, которые воротят нос от «чтива», заявляя, будто получить удовольствие можно только от «настоящей» литературы. Это же прекрасно, когда авторы пишут каждый на свой лад, а у читателей есть тысячи книг на любой вкус.
Ей вспомнилась высокая стопка непрочитанных книг на обеденном столе – она откладывала и откладывала их ради чьих-то чужих дел. Стоило ей за какую-нибудь взяться, как в голове сразу звучал голос:
– На книги обязательно нужно находить время, – сказал Оуэн. – А какая у вас самая любимая?
Ответ у Марты был наготове.
– «Алиса в Стране чудес». Мне нравится и практичность Алисы, и то, как она относится ко всему, что с ней происходит. Вокруг разные чудики и чудеса – а ей хоть бы что.
– А может, вы и сами чуточку похожи на Алису? – Оуэн воткнул вилку в торт.
Марта смущенно хмыкнула.
– В смысле – такая же благоразумная и правильная?
– В смысле – изобретательная и любопытная, умеющая найти объяснение самым странным вещам…
Марта потупилась – надо же, какого он о ней мнения. Кажется, это был комплимент, и она чуточку зарделась.
– Спасибо, – пробормотала она и поправила заколку на голове. – А вам какая книга больше всего нравится?
Оуэн задумчиво доел торт.
– Это все равно что выбрать, кого больше любишь из детей или домашних питомцев. Но мне нравится правильный парень Джек Ричер[4]. Потому что он полная моя противоположность. Он крутой, а я нет. Бьюсь об заклад, у него пресс с кубиками. – Оэун ткнул себя в живот. – Зато на моем животе можно делать удобную складочку и ставить в нее книгу.
– Я уверена: он, в отличие от вас, не умеет реставрировать книги.
– Это точно, – засмеялся Оуэн. – И тапочек с монограммой у него наверняка нет.
– Я о Ричере читала всего пару книг. У него тоже много жен? – поинтересовалась Марта и тут же об этом пожалела.
Оуэн смущенно улыбнулся.
– На данный момент у меня нет жены… А вот книжки о Ричере есть. Хотите, дам почитать?
Марта хмыкнула.
– Я работаю в библиотеке.
– Ах, да. Точно.
Они допили кофе, и Оэун не дал ей заплатить, хотя Марта и пыталась перехватить счет:
– Это я должна платить за кофе, ведь вы столько для меня сделали.
Однако Оуэн уже достал из бумажника десять фунтов:
– Заплатите в следующий раз. Допивайте кофе, и я подвезу вас домой.
Марта не стала спорить и сделала последний глоток. Его слова про следующий раз ей в общем-то даже понравились.
Начни она в них вдумываться – и накрутила бы себя, напридумывала бы невесть что. Но Марта решила ограничиться тем, что лежало на поверхности – а там было дружеское расположение и что-то еще, против чего она не возражала.
Глава четырнадцатая Открытка
Глава четырнадцатая
Открытка
Следующие несколько дней ничто не могло испортить Марте настроение. После встречи с Зельдой апатию как рукой сняло – она ощущала легкость и прилив энергии. Утром на традиционной прогулке до Сэндшифтского залива ей больше не приходилось подбадривать себя и нарочито размахивать руками – они двигались плавно, без усилий.
При виде имен на статуе русалки по-прежнему сжималось сердце, но сегодня Марта порадовалась тому, что хотя бы Сигфрид выжил. Интересно, думала она, глядя на маяк, каково ему было справиться с потерей своих товарищей с «Пегаса»? Она по собственному опыту знала: прошлое может сильно сказываться на будущем.
Марта с новым интересом и задором взялась за накопившиеся дела. Набрала ванну с горячей водой и жидким моющим средством и погрузила туда люстру Брэнды. Проворно обработала каждую висюльку старой зубной щеткой. Теперь все кристаллики сверкали и выглядели как новенькие. Брюки Уилла были подшиты, отглажены и сложены в пакет. К Берлинской стене коробок она тоже примерялась. Не сможет Лилиан подключиться – Марта и сама справится. Заодно займет себя в ожидании весточки от Джины и Зельды.
Освободившиеся сумки и пластмассовые корзинки Марта отставляла к стене в столовой. И с пылающими от гордости щеками рисовала в блокноте напротив соответствующего дела большую зеленую галочку.
Пространство от входной двери до кухни уже не напоминало лабиринт. По дому теперь можно было передвигаться, не ощущая себя лошадью, которая борется за кубок Больших национальных скачек.
Марта старалась не думать о дате в книжке, о том, что произошло в семье Стормов, из-за чего исчезла бабушка – вот увидит Зельду в следующий раз и все у нее выспросит.
Совет Оэуна запал ей в душу. Он облек в слова то, что она и сама в глубине души понимала: нужно выкраивать больше времени на чтение. И теперь ровно в семь вечера она бросала все посторонние дела. Заваривала чай и уютно сворачивалась в кресле у окна с видом на залив. Укутывалась пледом и читала про Джека Ричера. Ей нравились его суровость, твердость и умение справиться с любой проблемой, но все равно ее больше привлекали герои добрые и мягкосердечные.