– Ты можешь держать связь с семьей, друзьями и организациями иным путем?

– Да, наверное, с помощью писем и сообщений.

Как пещерный человек.

– Как думаешь, сколько времени ты тратишь на то, чтобы посмотреть, что делают твои подруги-соседки?

– Не знаю.

Слишком много.

– Не засекала, но несколько раз в день проверяю точно.

– Как думаешь, помогает ли это твоему эмоциональному состоянию?

Я ковыряю кутикулы.

– Наверное, нет, – признаю я.

Да, скорее всего, я могу жить без информации о том, что люди едят на завтрак, что подают своим домашним питомцам, без случайных фактов об их жизнях, например, сколько килограммов они сбросили. Могу обойтись без их признаний в любви и благодарностей своему партнеру раз в двенадцать месяцев на годовщину, без их прекрасных отпусков, новых причесок и так далее. Но справлюсь ли я без знания о том, чем заняты «Мамочки в спа»? Это уже становится помешанностью. Может, мне стоит отступить ради собственного ментального здоровья.

– Я возьму перерыв от соцсетей, – говорю я, удивляя саму себя.

– Отлично. Можешь начинать постепенно – по дню или два, и записывай свои ощущения.

Я беру из своего шопера бутылку воды и делаю большой глоток, пока доктор Джози проверяет свои записи. Я вцепляюсь в бутылку: пальцы уже чешутся схватиться за телефон.

– Как у тебя дела с Максом?

Похоже, она поняла намек, что говорить о подругах я больше не хочу.

Я откашливаюсь.

– В порядке.

В порядке ли? Если брать в расчет запись из моего дневника, который я нашла в поисках бабушкиного сервиза, моя замужняя жизнь совсем не такая, какой я себе ее представляла. И потом, все вокруг разводятся. Даже Беатрис со своим лобстером Крэйгом.

Доктор Джози листает папку и достает листок.

– Судя по моим записям, два года назад – в последний сеанс с Максом – вы пообещали ходить на свидание раз в месяц.

Я уставилась на нее, словно она перепутала меня с другой клиенткой, у которой были четкие планы на ее брак. Смутно припоминаю что-то такое. Мы с Максом прошли долгий путь. Теперь у нас цивилизованные, взрослые разговоры, мы больше не орем друг на друга что есть сил и я перестала кричать в подушку.

В некоторых наших спорах, правда, я винила свои гормоны, которые после рождения Майи устроили какой-то беспорядок. И потом, мне крайне не хватало сна. Я обижалась на Макса за то, что он достаточно спал, чтобы потом нормально работать. Я же ходила как зомби и при этом растила Майю. Ожидания, возложенные на меня, тяготили: я, как мать, якобы должна охотно заботиться о ребенке, но со всей раздражительностью я этого не ощущала. Когда Майя начала спать по ночам, стало проще.

Когда-то я хотела четырех детей, но у Бога были другие планы, и недавно он мне об этом напомнил. Всезнающее божество не ошиблось. Я не смогу снова через это пройти. Быть сильной у меня не получилось. Или я сильна, потому что понимаю границы своих возможностей? В любом случае еще один ребенок разрушил бы наш брак.

Я роюсь в памяти. Когда мы в последний раз ходили на свидание?

– Э-э, последний раз мы ходили на свидание в честь нашей годовщины пару месяцев назад.

Доктор Джози поднимает брови.

– Ты хочешь еще сблизиться с Максом?

Я умею читать между строк. Она указывает на значимость моего брака, на то, что он важнее моих подруг. Мне же хватало того, что мы с Максом больше не воюем. Укрепить нашу связь временем, проведенным вместе, у меня не получилось. Я делаю глубокий вдох.

– Да.

– Хорошо, – говорит она. – Помню, тебе нравились книги по самопомощи. Ты по-прежнему их читаешь?

– Да, – говорю я, хотя в последнее время у меня не получалось следовать советам из «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей».

Доктор Джози встает с кресла, идет к книжному шкафу, достает томик и пролистывает его.

– Это одна из моих любимых книг для партнеров. Называется «Пять языков любви». Читала?

Слышала о ней, но я предпочитаю книги по саморазвитию, а не отношениям. Только не говорите мне, что мне придется учить языки любви: итальянский, французский, испанский и еще два, чтобы помочь своему браку. Мои плечи снова напрягаются.

– Нет.

– Я хотела отдать ее тебе, когда вы ходили ко мне с Максом, но ты как-то упомянула, что тебе не до чтения из-за бессонных ночей с Майей. – Она вручает мне книгу. – Держи. Это тебе. Думаю, она откроет тебе глаза.

И сломает язык. Я достаю телефон, чтобы посмотреть время, и замечаю несколько новых уведомлений с «Фейсбука»[26].

Доктор Джози прочищает горло.

– Что насчет того, чтобы прямо сейчас отключить все уведомления из соцсетей?

Я опускаю взгляд на экран и усилием воли заставляю себя не открывать уведомления, хоть мне и любопытно, что там. Делаю резкий вдох, на лбу выступает капелька пота. Доктор Джози, как обычно, права. Мне самой будет полезен перерыв. За пару нажатий я удаляю «Фейсбук», решившись на ход еще радикальнее ее совета. Не знаю, как долго я решалась бы на этот шаг, не предложи это доктор Джози. Чувствую, в ближайшем будущем я так пожалею, что начну рвать на себе волосы.

* * *

Приезжаю домой и достаю телефон из кармана, чтобы полистать «Фейсбук» – действую на автопилоте, – но его там нет. У меня зависимость от соцсетей. Пишу это в заметки на телефоне, чтобы обсудить с доктором Джози на следующей сессии.

Слышу почтовый грузовик, что проехал мимо моего дома, и вылетаю наружу. Всю неделю я выбегаю на улицу сразу после ухода почтальона. Заглядываю в почтовый ящик и достаю кучу ненужных бумажек, купоны Bed Bath&Beyond – уберу в специальный ящичек к остальным, – счета и ничего из агентства по усыновлению.

Сердце ухает вниз, в желудок при мысли о том, что будет, когда документы наконец придут. В голове крутится вихрь мыслей. Смогу ли я смириться с прошлым? Если я встречусь со своей биологической матерью, наверстаем ли мы упущенное время? Какой она окажется? Обнимемся ли мы? Будет ли она вообще человеком, которого мне захочется обнять?

Я сглатываю ком в горле.

Или от меня снова откажутся?

Глава 26

Глава 26

– Кэрри опаздывает, – говорит Стейси и проверяет время на телефоне. Бармен ставит три отшибателя памяти на стойку.

Кэрри влетает в помещение в спортивном костюме и найках – прикид разительно отличается от наряда с иголочки в нашу первую встречу. Она видит, что я пялюсь на нее, и одними губами произносит «извини».

Она вешает сумку на стул рядом со мной, выдыхает и говорит:

– Бешеный выдался денек. Я работаю над новым делом, и вчера мне буквально пришлось заночевать в офисе.

– Поделишься скандальными деталями? – спрашиваю я.

– Хотелось бы, но адвокатская тайна и все такое… – Она выдерживает паузу. – Хотя кто-то уже слил газетам, что мы занимаемся этим делом. Ладно, расскажу. Там про школьного директора.

Мои глаза распахиваются шире.

– Которого застали с чьей-то мамой на сцене?

– Да, его самого.

Какое совпадение!

– У меня в этой школе дочка учится, – говорю я.

– Значит, ты уже все знаешь. Громкое дельце для вашего района, – говорит Кэрри.

– Как тесен мир, – добавляет Стейси.

– И кого ты защищаешь? – спрашиваю я.

– Родителей детей из драмкружка. Знаешь кого-нибудь из них?

О нет! Я делаю глоточек воды, пытаясь скрыть шок на лице. Я братаюсь с врагом Эленор.

– Не особо, – говорю я. – Женщина, которую поймали с директором, – моя подруга.

Я провожу рукой по волосам, избегая взгляда Кэрри.

– Да? Ну, ее косяк, – говорит она.

– Она, наверное, все потеряет, включая ее мужа, – говорит Стейси.

Его она уже потеряла. Я не говорю им, что они подали на развод.

– Интересно, она по-прежнему спит с директором? – спрашивает Стейси.

Я еложу на стуле и разминаю шею. Кэрри хочет выиграть дело – в этом заключается ее работа. А вдруг Эленор узнает, что я дружу с ней? Вытираю пот со лба. Она сочтет меня предательницей?

– Ну, хватит о работе, – говорит Кэрри. Наверное, заметила, что мне некомфортно. – Расскажите о чем-нибудь интересненьком.

– Насчет интересненького не знаю, но могу рассказать, как прошло мое вчерашнее свидание. Вам понравится, – с сарказмом в голосе говорит Стейси. Я подаюсь вперед: давненько я такого не слушала. Будет весело. Я расслабляю плечи: хорошо, что мы перешли к теме куда приятнее.

– Итак, Билл – так его зовут – просит меня заехать за ним. Говорит, его машина на мойке. Я к такому отношусь скептически, поэтому прячу бейсбольную биту на заднем сиденье и веду машину сама, чтобы контролировать происходящее.

– Я бы тоже так сделала, – говорю я. Хорошо, что мне не нужно кого-то себе искать. Психов сейчас хватает.

– Подъезжаю я к его жилому комплексу, залипаю в телефон, и тут он стучит в окно. Открываю дверь, он садится и тут же сползает по креслу. Странно, да? Как будто прячется от кого-то.