– Ну, Веро, какие новости?
– Слишком много работы в участке, немало хлопот по дому. Как обычно. А у тебя?
– Подумываю о разводе.
– То есть как обычно…
– На этот раз серьезно, Веро. На днях Лука украла мой мобильник и обвинила в этом горничную. И все ради того, чтобы посмотреть, с кем я разговаривал. Она себя не контролирует.
– Присматривай за ней, Пратти. Я не сомневаюсь, что сумасшедшая баба может прирезать тебя ночью, лишь бы не потерять.
– Не шути так. А ты, что ты затеяла? – Я знала, что он скоро перейдет к делу.
– Несколько недель назад познакомилась с парнем в интернете. Люди добрые, он мне нравится.
– Веро, Веро, ты склонна к беспорядочным связям. Вы с Паулу расстались?
– Паулу – муж, одно к другому не имеет никакого отношения! Поход налево укрепляет брак.
– Это самообман, пойми.
– Честно говоря, мне нужна твоя помощь с этой историей. Этот тип работает здесь, в институте. Я хочу узнать о нем побольше, только как?
– Здесь, в институте? Как его зовут?
– Грегорио Дуарте.
– Не знаю, он, вероятно, из другого отдела.
Не теряя времени, Прата набрал имя на компьютере и развернул ко мне экран с фотографией Грегорио Дуарте, коронера из отдела судебной антропологии, тридцати пяти лет, в институте работает восемь лет. Зарегистрирован в округе Пердизес, улица Монте Алегри, 1985.
– Так и знала, он солгал о своем возрасте. Говорил, что ему двадцать восемь! – в шутку проговорила я, просто для забавы, пока запоминала адрес.
– Будь я похож на молоденького, тоже бы врал.
– Красавчик, правда?
– Не в моем вкусе, Веро. Я предпочитаю девушек из колледжа. Что-нибудь еще?
– Еще одно, – сказала я, складывая в стопки разбросанные папки. – Сможешь достать мне график его работы на этот месяц?
Прата расхохотался:
– Узнаю ту Веро! Все еще пытаешься контролировать по максимуму?
– По крайней мере, я ни разу не крала телефон, Паулу.
Он распечатал график Грегорио, не задавая лишних вопросов, и вскоре мы сменили тему. Я заметила, что Карвана с каждым днем становится все более выхолощенным, отсиживаясь в офисе, но Прата возразил, что так обычно и происходит: через некоторое время люди видят, что выхода нет, и отказываются от желания спасти мир. Я это восприняла как осторожный намек в свой адрес. Потом до меня дошло: я не хочу спасать мир, просто желаю, чтобы вокруг было меньше дерьмовых парней.
Дома я сравнила график Грегорио с перерывами в нашей переписке на сайте AmorIdeal.com. Все совпадало, за исключением нескольких случаев – и я уже могла предположить, что он делал в те моменты. Постепенно я мысленно простроила образ действий @estudantelegal88: несколько месяцев общения, затем женщине наносится финальный удар, после чего парень следит за ее реакцией и ждет, пока она покончит с собой. Был ли какой-либо дополнительный толчок, призванный склонить к самоубийству? Его интересуют тела только тех женщин, которых он раньше обманул?
Пока я не знала ответов на эти вопросы, но была уверена, что, когда тело самоубийцы прибывает в морг, Грегорио подделывает документы и увозит его под прикрытием похоронного бюро «Вечный мир». Поскольку здания похоронного бюро не существует, он может доставить труп только по собственному адресу. Жизнь в доме имеет свои преимущества: ни консьержа, ни соседей, ни гостей. Прошу прощения за каламбур, вечный покой гарантирован.
Был единственный способ узнать, что он делает с телами. В интернете я нашла магазин на улице де Марко, 25, в котором продавалось именно то, что мне нужно. В понедельник утром, до приезда в полицейский участок, я съездила туда и купила две миниатюрные камеры с хорошей памятью, связью по блютусу и датчиками движения. Владелец магазина – кореец быстро объяснил мне, как их устанавливать. Все превосходно, за исключением цены. Я практически обнулила кредитку, едва не рыдая от того, что потратила целое состояние. Но если мой план сработает, деньги скоро вернутся в мой карман.
Когда я вышла из магазина, мой мобильник пропиликал о появлении сообщения на сайте AmorIdeal.com. «Джорджио» извинился за молчание и подтвердил, что все в силе: ужинаем этим вечером, в девять, в кантине «Роперто». Я едва не расхохоталась прямо посреди улицы, так разволновалась. Наконец-то я доберусь до этого сукина сына.
Свет, камера, мотор!
23
23
Из участка я ушла пораньше, и даже не пришлось придумывать оправдания – Карвана подхватил какой-то вирус и был прикован к постели. В обед я зашла в парикмахерскую, полная решимости выглядеть сногсшибательно. На ужин с Грегорио я поставила все. Может ли он любить Марту Кампос после того, как она умерла? Наконец я получу ответ.
Пока Моник, помощница Родригао, мыла мне голову в этом нелепом корыте, а женщины выстроились в очередь, как на конвейере, я мечтала, восхищаясь своими планами. Если все сработает и я получу улики против него, у меня не останется альтернатив, кроме как передать все это Карване.
Об убийстве Грегорио также не может быть и речи. Конечно, я думала об этом, мир без него стал бы значительно лучше, но это уже перебор. Тогда мне было не до морали и нравственности, но я все-таки себя контролировала. Задержать донжуана – хороший вариант, и я веселилась, представляя его кастрированным. С другой стороны, он может собрать доказательства и выдать меня. Мой план не настолько хорошо продуман, и следы не так уж хорошо заметены.
Я попросила Моник сделать массаж и расслабилась, а Анинья, моя любимая маникюрша, уселась на табурете передо мной.
– Что сегодня, Веро? Желаешь нюдовый или лучше в красных тонах?
– Я еще не решила. Дай мне подумать, пока делаешь все остальное. Скажи, как дела у мужа? А что там с влюбленным дядюшкой?
– Тише, Веро! Здесь не все о нем знают! – Анинья рассмеялась от души. – Муж все еще занимается недвижимостью, зато дядюшка на высоте. А ты, детка? Здесь, в понедельник? Это ведь не для того, чтобы угодить Паулу! Кто на примете? Старая любовь, с которой ты повстречалась на днях?
– Ничего подобного, подцепила нового человечка, – ответила я, подмигнув. – Хуже того, я собираюсь оставить здесь двадцатку. Если он соскочит, мне конец! Эти ребята даже не представляют, какую движуху вызывают, просто приглашая женщину на свидание. Ноги, руки, кисти, восковая депиляция. Пылаем, тратимся, и все же некоторые исчезают в последнюю минуту, оставляя за собой разруху. Хочется выставить им счет!
– Это точно. Некоторые парни учатся, только если их карман под угрозой.
Мы расхохотались. Анинья походила на дежурного психолога, безостановочно болтала и давала советы, ухаживая за моими руками и ногами. Тут меня осенило, что маникюрши и парикмахерши – настоящие хранительницы альковных секретов, способных заставить покраснеть Сартра и Симону де Бовуар. Единственная проблема в том, что между рассказами о наших с ней любовниках, модных показах, разводах, моде и сплетнях из VIP-мира в моих мыслях не переставали выстраиваться в очередь мужчины, которые присутствовали в моей жизни.
Паулу – идеальный муж, но он мне уже поднадоел. Рядом с нами в постели угнездилось однообразие, рутина сжирала любое возбуждение, а я всегда была женщиной, которой нужна новизна. Поддержание долгосрочных отношений, возможно, хорошо исключительно в теории. На этом хрупком этапе Нельсон возвращался на сцену, пылкий, изобретательный и, прежде всего, друг. Он принимал меня такой, какая я есть, даже если я лживая и склонна все запутывать. Он кротко вошел в мою жизнь и обосновался в ней до такой степени, что это становилось опасным. Влюбиться в этот момент – та еще проблема, это правда. Наконец, Грегорио, третий парень, затмевает всех. Разумеется, я не интересовалась им всерьез, хорошо понимая все подводные камни этого ублюдка. Мы приятно болтали, факт; вся эта романтика меня цепляла. Также невозможно не думать о том, что я смогу пережить это снова, познакомиться с другими интересными мужчинами, вести новые разговоры, играть в игры-завоевания, от которых волосы на затылке встают дыбом. Завязнуть в браке – теперь кажется бессмысленным. Но остаются дети.
– Что у тебя с лицом, красавица? – спросил Родригао, разделяя пальцами пряди моих волос. – Выглядишь так, словно кого-то прибила и не знаешь, как избавиться от тела.
– Не убивала, но подумываю об этом, – пошутила я.
– Надеюсь, не меня!
Я улыбнулась ему, не желая останавливаться на этой теме. Благодаря Анинье и Родригао мои походы в салон становились по-настоящему расслабляющими, позволяющими свести к минимуму напряжения дня, но в разговорах стоит придерживаться определенной тональности. Я отдалась последним штрихам мастеров, проверяя результат в зеркале. Более чем идеальные кисти, ногти, окрашенные в алый тон главной героини девятичасовой мыльной оперы, увлажненная кожа.
– Родригао, разве у меня волосы на затылке не темнее, чем спереди? Эта экономия будет ощущаться как безденежье.
– Ничего подобного, красотка, говори, что ты в тренде! – Мы снова хохочем.
Дома я быстро приняла душ и выбрала убойное платье. Стоя в ванной перед зеркалом, я дважды покрутилась: выглядела я потрясающе. Грегорио будет есть из моих рук.