Я неохотно поднялась и прошла за ней в гостиную. Рози остановилась в дверях террасы, и я послушно заглянула за дверь. У стола во дворе целовались двое. Я не сразу поняла, что это были Сьюзан с Диланом.

Дилан то ли сидел, то ли опирался на стол. Сьюзан стояла между его расставленных ног, обхватив его за шею руками. Он обнимал ее за талию.

– Какого хрена, – сказала я.

– Ага.

– Ты ничего ей не скажешь? – спросила я.

Мы разговаривали шепотом, они вряд ли бы нас услышали. Рози резко приподняла брови:

– Ты что, серьезно?

– А ты думаешь, нам не надо что-нибудь сказать?

– Нет. Вот вообще нет.

– А разве друзья не должны останавливать подругу, когда она творит всякую дичь?

– Да уж, она будет нам очень за это благодарна, – с сарказмом отозвалась Рози.

Она хлебнула водки. Лицо ее было полно решимости и спокойствия – даже чересчур.

– Ты бы не хотела, чтобы я помешала тебе совершить глупость?

– Я бы никогда не сделала ничего настолько тупого, – ответила Рози. – У меня есть мозги. И самоуважение.

– Ох, Роз, да ладно тебе.

Рози выставила руки ладонями вперед, словно физически отстраняясь от ситуации.

– А, да на здоровье. Я не буду тебя останавливать.

Она явно не ожидала, что я хоть шаг сделаю в их сторону.

Я помедлила. Мне ужасно хотелось помочь Сьюзан и доказать Рози, что она неправа, но я все равно оставалась собой. И я была недостаточно пьяной, чтобы избавиться от выученного отвращения к конфликтам.

Я уже собиралась признать поражение и направиться внутрь – пусть Сьюзан сама разбирается со своими ошибками, – но потом увидела, как Дилан убрал руку с ее талии. Он поднял ладонь над ее головой и сложил большой и указательный пальцы в знак «окей». С другого конца сада раздался взрыв смеха.

– Ну и козел, – с отвращением пробормотала Рози.

Я прошла сквозь дверь и направилась к ним самым решительным шагом. Внутри я никакой решимости не испытывала. Протянув руку, я взяла Сьюзан за запястье.

– Сьюз, – сказала я.

Она оторвалась от Дилана и уставилась на меня с оторопелым видом. Я пыталась понять, сколько она выпила и насколько осознавала свои действия.

– Что? – спросила она.

Замешательство с ее лица исчезло, уступив место раздражению.

– Что ты делаешь?

Я изо всех сил старалась сдержать дрожь в голосе.

– А ты кто такая? – вмешался Дилан.

– Это Кэдди, – сказала Сьюзан.

Она смотрела на меня не с самым дружелюбным видом, но все равно добавила:

– Не груби ей.

Я все еще держала ее запястье и теперь сжала его для убедительности.

– Давай, Сьюз. Пойдем выпьем с нами. – Я жестом показала на Рози, которая подошла и встала рядом.

– У нее есть что выпить, – сказал Дилан. – А ты кто такая?

– Кэдди – моя подруга, – вступилась Рози. – Она ходит в школу Эстер.

Наконец расслышав мое имя, Дилан приподнял брови с изумленно-веселым видом.

– Ты Кэдди?

Он смерил меня взглядом и рассмеялся. Таким смехом, от которого мне показалось, что с меня сдирают кожу, обнажая каждый нерв.

Если бы я не была Кэдди Оливер, то смогла бы произнести слова, что вертелись у меня на языке. Что-нибудь самоуверенное, дерзкое… или, по крайней мере, я смогла бы спросить, над чем он смеется. Но я оставалась собой, неловкой и стеснительной. Повседневная жестокость мальчишек приводила меня в ужас.

– Не будь идиотом. – Сьюзан закатила глаза.

Она пихнула его в плечо, и он с улыбкой поймал ее запястье. Повернувшись ко мне, он посмотрел на меня с насмешкой.

– Ладно, ладно, я просто шучу.

– Да пофиг, – сказала я, хотя мне явно было не пофиг. – Давай, Сьюз, пойдем.

Рука Дилана скользнула по запястью Сьюзан, он переплел ее пальцы со своими и притянул мою подругу к себе одним плавным движением. С улыбкой глядя ей в лицо, он мягко спросил:

– Тебе же хорошо со мной, да, Сьюз?

Свободную руку он положил ей на плечо, приобнял ее за затылок и притянул еще ближе.

Сьюзан закрыла глаза и положила голову ему на грудь. Я услышала, что Рози застонала от досады.

– Пойдем, Кэдс, – сказала она.

Я осталась стоять.

– Ее отстранили от уроков из-за тебя, – сказала я Дилану.

Во мне начинало закипать что-то, похожее на ярость, и мне некуда было ее выплеснуть.

– Ничего не знаю, я стульями не кидался, – ухмыльнулся он.

– Ты назвал ее порченым товаром.

Сьюзан крепко зажмурила закрытые глаза.

– Ты сказал, что она дешевка.

Ухмылка исчезла; он настороженно наблюдал за мной.

– Она знает, что я это несерьезно. А теперь уже скройся с глаз, а?

Я ждала, что Сьюзан откроет глаза и опять скажет ему, что не надо со мной так говорить. Но она не шевельнулась.

– Ты такой козел, Дилан, – сказала Рози, помолчав.

Она взяла меня под локоть и повела обратно в дом. Потом остановилась, слегка повернула голову и добавила:

– А ты, Сьюзан, просто жалкая.

Мы вместе, под руку, вернулись в тепло дома. Было что-то успокаивающее в шуме вечеринки и в толпе незнакомых пьяных людей вокруг, но мне все равно хотелось плакать.

– Думаю, мне больше нравилось, когда мы были вдвоем, – сказала Рози.

На следующие пару часов я постаралась забыть про Сьюзан. Я напилась достаточно, чтобы не чувствовать острый гнев, и переключила внимание на красивого мальчика, который сел рядом со мной на диване и предложил мне пиво. Его звали Тарик. Я уже решила, что у нас получатся очень красивые дети. Рози станет свидетельницей на свадьбе, и, может, Сьюзан получит приглашение на девичник.

Была уже почти полночь, когда я пошла проверить, осталась ли еще выпивка, и оставила Тарика на диване («Никуда не убегай, я скоро вернусь, хорошо?») со своей сумкой. Обычно я бы доверила это Рози, но она была очень занята Лиамом в другом конце комнаты. Проходя мимо кухни, я увидела Сьюзан. Она стояла спиной к холодильнику и целовалась с… а с кем? Я в замешательстве остановилась, глядя на парня. Это не Дилан. Я вообще этого чувака не знаю.

Я собиралась возмущенно отвернуться, но увидела ее руки. Она выставила их перед собой и безуспешно пыталась оттолкнуть от себя парня. Она покачивалась, и он с силой вдавливал ее в холодильник.

– Эй! – к своему удивлению, закричала я на весь дом.

Я уже бежала в кухню и отталкивала парня от Сьюзан.

– Ты что делаешь? Отстань от нее!

Лишившись опоры, Сьюзан пошатнулась, и я протянула руку, чтобы удержать ее.

– Ты в порядке?

Я пыталась посмотреть ей в глаза, но взгляд у нее никак не мог сфокусироваться. Не знаю, отчего покраснели глаза Сьюзан – от алкоголя или слез.

– Эй. – Я слегка потрясла ее за плечо. – Эй, это я, Кэдди.

– Слушай, мы просто… – начал было парень заплетающимся языком.

– Сгинь, пока я тебе не вломила, – рыкнула я.

Он меня не знал: может, у меня был черный пояс по карате. Угроза сработала. Он побежал из кухни с каким-то до смешного напуганным видом.

– Кэдди? – голос у Сьюзан был тихий и хриплый; она давилась слезами.

Значит, и правда плакала.

– Сьюз, – ответила я с облегчением и сжала ее плечо. – Ты как?

Она потрясла головой.

– Я в полной жопе, Кэдди.

– Да уж, – согласилась я.

– Ты на меня злишься?

– Нет.

Ее лицо наморщилось.

– Прости меня.

– Нет, я же сказала, что не злюсь, – медленно повторила я.

– Я так налажала, – сказала она, словно не слыша меня. – Все меня ненавидят.

– Никто тебя не ненавидит, Сьюз.

В дверях появился Тарик. С дружелюбной, недоумевающей улыбкой на лице он сжимал мою сумку.

– Эй, – сказал он мне. – Ты потерялась?

Он заметил Сьюзан, и лицо его посерьезнело.

– Ой.

– Ты кто? – прищурилась Сьюзан.

– Я Тарик, – терпеливо объяснил он. – Мы вместе ходим на английский, помнишь?

Он повернулся ко мне:

– С ней все хорошо?

– Непохоже, – сказала я. – Она очень напилась. Думаю, нам пора.

– Пора? – повторил он с разочарованным видом.