После той прогулки в его голове ещё долго раздавались звуки «поющего», как обычно это называют, ледяного озера – скрипы, то протяжные, то резкие, то стреляющие, то хрустящие, то будто натягивается до предела и вибрирует тетива. Они не казались Олегу успокаивающими и волшебными, от них мороз бежал по коже.
На Большом Алматинском озере же и в конце тёплого ноября 2023 года лишь у самых берегов дрейфовали первые кусочки льда, раздробленные, похожие на битое стекло, хотя вокруг на склонах уже давно лежал снег. Обычно БАО замерзало уже в октябре. Но с алматинской погодой ни в чем нельзя быть уверенным.
Олег бежит к озеру по уже протоптанной дорожке. Нога из расшнурованного ботинка выскальзывает, Олег спотыкается, треккинговая палка помогает удержать равновесие. Он мигом засовывает шнурки внутрь башмаков и продолжает бежать.
Он говорит себе, что адреналин и кортизол – это хорошо, естественный допинг, который не даст ему отключиться.
Олег чувствует себя так, словно его заставили полоскать горло какой-то вязкой гадостью, которую нельзя глотать. Рот снова наполняется ею. Быстро. Губы слипаются. Чтобы не захлебнуться на бегу, приходится останавливаться, резким толчком воздуха не сплёвывать, а буквально выдувать из себя скопившуюся жидкость. Из-за этого Олегу кажется, что бежит он слишком медленно.
И в то же время он боится того, что ждёт его за валуном. Боится, что не успел спасти.
«Господи, пожалуйста. Господи, пожалуйся», – единственная молитва, которую он бессознательно мысленно повторяет.
Олег принимается считать вдохи, чтобы успокоиться.
Тропинка начинает круто спускаться.
Бежать быстро вниз нельзя, запнёшься о камень – вывихнешь ногу или полетишь кубарем со страшной скоростью. Тогда уж точно никого не спасёшь.
Он же слышал шуршание её костюма. Уже должно быть не так далеко. Хотя расстояние в горах – величина весьма относительная.
Покатиться на попе? Сломает ведь копчик. Под снегом камней не видно, но их на спуске полным-полно. Олег решил боком скользить ботинками, съезжать, страхуя себя треккинговой палкой.
«Что ты как воды в рот набрал!»
«Язык прикусил?»
«Ты немой? Я тебя спрашиваю».
«А сам сказать не мог? Что, язык отнялся?»
«Что это за тебя всё мама отвечает? У самого языка, что ли, нет?»
По пути Олегу почему-то вспомнились все упрёки, что он слышал в свой адрес с самого детства. Не от мамы, конечно. Она-то его защищала, чем вызывала ещё большее неудовольствие окружающих.
Говорить всё людям в лицо – это тебе не аудиторские замечания молча, потихоньку строчить.
Олег вообразил, каково это – жить без языка, по-настоящему немым. Как сейчас. Больше никаких телефонных звонков. Только переписка в мессенджерах. Это, в общем-то, неплохо. Но и никакого фирменного сарказма Олега и интонаций.
Как быть услышанным, замеченным, а главное, понятым? Достаточно перевести взгляд с немого, чтобы перестать его замечать и «слышать».
Олега и с языком не очень-то жаловали, будто не видели, редко обращались и вовлекали в беседу. Даже Эдик предпочёл болтать по пути с Олесей, а не с ним. Он своей молчаливостью и серьёзностью не располагал к задушевным разговорам. Насколько более одиноким и непостижимым станет и так одинокий Олег – без языка?
Наконец он обогнул огромный валун и первой увидел Олесю.
Олесю?
Он же думал, что это Кристина решила свести счёты с жизнью, только с такой высоты всё равно не убьёшься, лишь покалечишься от удара об лёд. В одной фланелевой пижаме Олеся лежала на животе, хваталась руками за воздух, барахталась на гладком тёмном льду озера.
Олег постучал треккинговой палкой по нему, чтобы проверить толщину. Хотел дать знать девушке, что здесь, но издал только бурлящий, клокочущий звук: «Г-р-р-р-р».
Олесю он привлёк, она подняла голову, но не могла увидеть парня, лёжа спиной к нему.
В это время Кристина завизжала: «Олег! Стой! Волки!»
«Да что за бесовщина?» – Олег тоже мгновенно принял стойку «упор лёжа», метался взглядом по сторонам в поисках волков, пока не заметил ещё и Николая недалеко от палатки. Тот в термокофте, без куртки, стоял на выступающем сучке от отломанной ветви, крепко обнимая ствол относительно молодой сосны.
Николай продрог, возле ширинки на ветрозащитных брюках ткань опалилась, зияла дырка с пятитенговую[18] монетку, но не сквозная. Повезло. Обошлось без ожогов.
Наконец первые лучи январского солнца пробились сквозь мохнатые, тёмные лапы самых высоких голубых елей, как сотни тысяч острейших световых мечей, разрубили тьму в Озёрном ущелье. Сиреневые, клеверно-розовые и мандариновые полосы медленно наступали с востока, отвоёвывая небо над Большим Алматинским озером.
* * *
Об этом походе ещё годами будут рассказывать у костров перед сном, как и легенду о чёрном альпинисте, который погиб в горах при странных обстоятельствах и является путешественникам.
«Но откуда люди узнают, что произошло с героями?» – справедливо спросите вы.
Им расскажут сами участники, ведь с рассветом они получили одинаковые новогодние подарки – собственные жизни и здравый рассудок. И благополучно вернулись домой, хотя и не все вместе. Это только беспощадная мачеха и её дочь из сказки «Двенадцать месяцев» остались в зимнем лесу до самого лета. А наши герои, в общем-то, не безнадёжные люди, их можно было проучить и отпустить. Они поймут, они исправятся.
Олеся увидела, что лёд под ней прочный, как мрамор, Кристина разглядела развевающийся от ветра красный шарфик меж двух кустов. А вот Николая долго пришлось убеждать, что барса нет.
– А вдруг он не ушёл, а лишь затаился в зарослях можжевельника? – истерически выкрикивал он. Глаза стеклянные, губы сиреневые от холода.
– Коля, здесь ни одного звериного следа. Спустись и сам посмотри, – уговаривал его Олег, хотя сам несколькими минутами ранее совершенно уверовал, что теперь останется немым до конца своих дней.
– Вы тут горстями ели снег, ползали, бегали, как чокнутые, вот и затоптали следы, – приводил доводы Коля, стуча зубами и поднося по очереди руки ко рту, чтобы согреться.
Тут уж все прыснули со смеху, когда каждый представил, как выглядел в потёмках в глазах наблюдающего за ними с сосны Николая.
– Что ж ты нас не окрикнул, не предупредил, что тут барс пришёл поживиться, а? – выдала бойкая Олеся. – Мы бы тебе компанию на ёлке составили.
Обвинять его в помешательстве никто не посмел бы, все чувствовали тот же ужас, что и он, в реальности происходящего никто не засомневался, но и объяснить аномалию самим себе не могли.
Что с ними? А-ля диккенсовские духи Рождества посетили? Так не рождественская ночь же была. Больше походило на ожившие фрагменты жутких рисунков в стиле Брейгеля на тему семи смертных грехов. Зависть, гордыня, прелюбодеяние, гнев и так далее. В глубине души каждый понимал, что кошмар был с индивидуальными настройками.
Или это тот самый чёрт, к которому они мысленно и вполголоса посылали друг друга весь прошлый день? Или их собственные демоны вылезли наружу и приняли чьё-то обличье, как легион вошёл в стадо свиней в евангельской истории?
Никто не мог отрицать того, что увидел. Позже, дома, они найдут научное объяснение случившемуся. Кажется, учёные даже для самых фантастических и маловероятных явлений уже держат наготове названия феноменов, труднопроизносимые термины и доказательства в духе материализма. А уж верить им или нет, каждый сам для себя решает.
Пока телефоны были разряжены, интернет недоступен, путники строили собственные догадки.
Олег размышлял о том, что и библейский Иаков до рассвета сражался с самим Богом в местечке под названием Пенуэл, Христу явился сатана в пустыне, а Моисея привлёк куст, который горел, но не сгорал, апостолы Пётр, Иоанн и Иаков встретили некогда умерших Моисея и Илию на горе Преображения. Все эти случаи произошли в уединённых местах, вдали от благ цивилизации. Может, и они сегодня пережили перед рассветом духовную встречу?
Николаю пришли на память места Казахстана с электромагнитными аномалиями. По крайней мере, такую гипотезу выдвигали учёные по поводу видений людей на возвышенности Айыртау. Но это совсем в другой области. Слышал он и про колодец на юге страны, из которого каждый вытаскивает то, что заслужил. Если душа чиста, то достанешь полное ведро воды, а нет – пустое, или живительная влага покроет только донышко. Там же и свалку сломанных сосудов можно найти, якобы такими их вытянули из колодца некоторые посетители. И если в электромагнитную аномалию и оптические иллюзии Николай верил, то мистические объяснения отметал сразу же.
Он и сам видел в горах брокенского призрака, чуть в штаны не наложил. Человеческий силуэт в радужном кольце даже шевелился. Другой на его месте после такого трубил бы о встрече с ангелом или самим Богом. А всё объясняется просто: когда в горах солнце светит за спиной путника, да ещё и в тумане, впереди появляется тень, а мелкие капли воды отражают солнечный свет и образуют радужное кольцо вокруг тени. Иногда и не одно. Ну, что-то в этом роде.