Боуэрс отметил, что «когда они услышали о маленькой хитрости Амундсена… Триггер был так искренне огорчен поведением своего соотечественника, что его стало просто жалко. Понятно, в каком неудобном положении оказался этот парень».
Как обычно, мораль всей истории сформулировал Оутс:
Три дня Боуэрс, Оутс, Гран, Уилсон, Мирс, Черри-Гаррард, сержант Аткинсон и старшина Крин без дела болтались в Сэйф-Кэмпе в ожидании приказов. Скотта не было, и в его отсутствие они пребывали в абсолютном бездействии. Он вернулся 28 февраля, так и не оправившись от шока, вызванного известием об Амундсене, налетел на них, как ураган, и приказал немедленно возвращаться в Хат-Пойнт, на старую базу зимовки «Дискавери», прямо по морскому льду. Уилсон заметил, что лед опасен. Скотт вышел из себя и напомнил, что приказ есть приказ. Тем не менее Уилсон сумел получить разрешение на отклонение от предписанного маршрута, если того потребуют обстоятельства, и немедленно отправился в путь вместе с Мирсом, взяв нужное количество собак. Он был сердит на Скотта и радовался, что сможет хоть немного отдохнуть от его общества.
А Скотт тем временем принял командование партией, которая шла с пони. Сочтя, что Бродяга в «жалком состоянии», он остался позади группы вместе с Оутсом и Граном, чтобы ухаживать за больной лошадью, а Боуэрсу, Черри-Гаррарду и Крину пришлось самим пересекать море по льду. Это странно напомнило тот момент, когда четыре года назад Скотт оставил мостик «Албемарла» ради какой-то ерунды непосредственно перед столкновением с «Коммонвелс».
Скотт всю ночь провел на ногах возле несчастного животного, явно позабыв о людях, собаках и пони, затерянных где-то в ледяной пустыне ради исполнения его приказа. Утром Бродяга умер. По словам скорбящего Скотта, было