Генрих II щедро вознаграждал верных вассалов, даруя им земли, замки, доходы и титулы. Но и к предателям он мог проявить великодушие. В «Диалоге о Палате шахматной доски» это качество описывается как политическая стратегия: «Враги были прощены, и небывалая милость была дарована зачинщикам столь серьезного преступления, так что лишь немногие из них понесли имущественные потери и ни один не лишился своего положения и не пострадал физически»[368]. Милосердие использовалось в прагматических целях: оно должно было побуждать знать возвращаться на путь верности своему суверену.
Создавались инструменты политической коммуникации, которые должны были повысить уровень лояльности подданных, а также изменить восприятие личности и действий монарха и придать законные основания правлению Анжуйской династии. Большинство произведений, созданных во второй половине XII в. (истории, хроники, художественные произведения, нравоучительные и политические трактаты), по сути представляли собой государственную пропаганду. Плантагенеты не всегда становились непосредственными заказчиками этих сочинений, однако бесспорно являлись вдохновителями литературного творчества. Некоторые произведения предназначались для знати и должны были воздействовать на их поведение: нормандский «Роман о Роллоне» и «бретонский цикл» рассказывали о безусловной верности по отношению к правителю, а также о дисциплинированности и добродетельности[369]. Другие произведения больше сосредоточивались на изображении правителей и их рода. Так, исторические повествования прославляли анжуйских и нормандских предков Плантагенетов, например вымышленного легендарного короля Артура (альтер эго Карла Великого), а также рассказывали об их завоеваниях на античный манер, подчеркивая воинскую доблесть, в особенности Ричарда I. Юридические трактаты, такие как «Диалог о Палате шахматной доски» или «Трактат о законах и обычаях королевства Английского» (