— Она была санинструктором? — спросил Юра.

— Да, привезла домой два ордена, Красной Звезды и солдатской Славы, пять медалей.

— Она жива? — спросила Алевтина.

Клавдия Петровна покачала головой.

— Уже давным-давно нет ее…

«А мы и этого не знали, — снова подумала Зоя Ярославна. — В суете нашей жизни, в повседневной текучке мы приучились не замечать, не думать друг о друге, даже мысленно не представлять себе, что же каждый из нас есть на самом деле? Вот хотя бы нашу Клавочку, как зовут ее в отделении? Какая, наверное, сложная, нелегкая жизнь, с самого начала нелегкая, а мы ничего не знаем и не хотим знать. Или я? Разве кто-нибудь догадается, что со мной происходит? Какова я в действительности, когда не надо заботиться о том, какое у меня сейчас выражение лица, как я выгляжу перед врачами или перед больными, достаточно ли уверенно, серьезно, солидно…»

— Наверно, ваша мама ходила на встречи фронтовиков к Большому театру? — спросил Клавдию Петровну Юра.

— Ходила. Как-то и меня взяла с собой.

— Это все трогательно, — сказал Самсонов. — Я тоже был там, только не у Большого театра, а в Парке культуры имени Горького, меня дед как-то взял.

Вика встала, откинула назад пышные свои волосы.

— Давайте споем, до того как-то тянет петь, когда глядишь на реку, которая постепенно все темнеет и темнеет на глазах.

— Ну вот видишь, — сказал Юра, — а ты смеялась над графоманкой, которая читала свои стихи давеча. Может быть, она тоже не могла не сочинять и не читать, когда видела эту реку и эти берега, как думаешь?

Вместо ответа Вика запела своим сильным, звучным контральто:

Пели они не одни, все те, кто сидел в это самое время на палубе, пел вместе с ними, все, кроме Юры, он стоял, опершись о борт, мрачно курил, сдвинув брови.

Все стало для него ясно: он не нравится Алевтине, нисколечко не нравится, а он от нее, чего скрывать, без ума…

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

— К вам можно, доктор?

В комнату вошла женщина, меховая шубка накинута на плечи, казалось, она начала было снимать шубку, да почему-то передумала, непокрытые красновато-коричневые волосы кудрявятся на висках.

— Прошу, — сказал Вершилов, встав из-за стола и пододвинув женщине стул.

Она села, обеими руками пригладила волосы на висках и на лбу.