11. …к старцу, носившему вретище (τον σαχχοφόρον γέροντα) — Σάχχος — мешок, вретище, грубая волосяная одежда, которая носилась подвижниками, по свидетельству свт. Василия Великого в его «Кратких правилах», «для удручения и смирения плоти» (PG 31,1145А–В). См. также: Oppenheim 1931. S. 188–198.

О высокоумном монахе, желавшем быть равным Исааку[372]

О высокоумном монахе, желавшем быть равным Исааку[372]

Перевод выполнен по изданию: Wortley 1982. Р. 351–363. Комментатор этой новеллы Дж. Вортли использует семь изученных им рукописей, приводя отдельно разночтения армянской версии В, более длинной, которую он считает не результатом литературной обработки, а напротив, более ранней и полной версией, без которой недостаточно ясным остается духовный смысл новеллы; особенно это касается заключительной речи воина-сатаны[373].

Условные обозначения

* указание на комментируемое место

Рассказывал некогда некто о некоем монахе, что просил Бога, чтобы удостоил его стать как Исаак, один из прежних патриархов. И после многих его прошений пришел ему глас свыше: «Не можешь стать как Исаак». И сказал монах: «А если не как Исаак, хотя бы как Иов». И вновь к нему Божественный глас: «Если поборешься, как он, с диаволом, можешь стать». Итак, обещает монах и слышит от Божественного гласа: «Ступай в свою келью». И через несколько дней диавол принимает образ некого воина и является монаху, говоря: «Авва, прошу твою святость, пожалей меня, гонимого моим царем, и возьми эти двадцать литр золота и эту девицу и отрока, и сохрани от него в укромном месте. Я же отправлюсь в другую страну». И говорит ему монах, не разумея диавольских козней: «Чадо, не могу взять это. Ибо я слабый человек и не могу сохранить этого». Принявший же образ воина принуждает монаха, и говорит ему монах: «Ступай, чадо, и в ближайшей скале скрой это». На следующий же день монах согласился и взял золото, и девицу, и отрока, будучи посмеян от беса.

2. Но через несколько дней поднимается у монаха брань на девицу, и, растлив ее и раскаявшись в происшедшем, убивает ее*. И говорит ему помысел: «Убей и отрока, дабы не выдал обстоятельств дела». Итак, убивает и отрока, и снова говорит помысел*: «Возьми вверенные тебе деньги и беги в другое место, по причине беспокойства от доверившего». И уходит в другую страну, и строит на эти деньги церковь*. И когда оканчивает он дело, появляется диавол в образе воина и начинает кричать и говорить: «О, насилие, помогите! Этот монах воздвиг это строение на доверенные ему мною деньги». И местный народ, собравшись на коварного воина, отослал его со всяким бесчестием. Он же, храбрясь, отошел с дерзкими угрозами, обещая такое сотворить монаху, что и на ум никогда не приходило. И уступив, ушел. Монах же не знал покоя ни днем, ни ночью, боримый помыслом, пока не поборол его помысел оставить место, говоря: «Уже успело открыться все обо мне. Так возьму оставшуюся часть денег и пойду в большой город, куда этот воин не может прийти».