Плиоцен
мимолётный промежуток между древним миром и современностью. Последние рудименты былого тропического богатства стремительно исчезали, а им на смену шёл новый холодный порядок. За неполные три миллиона лет наши предки сделали рывок из леса в саванны, успели распрощаться с древесными приспособлениями и фруктовой диетой, уже на двух ногах пройти стадию саванных вегетарианцев-травоедов и вступить на порог нового качества
вооружённых камнями всеядных универсалов. По большому счёту, на этом наша эволюция закончилась. Если бы мы говорили об эволюции трилобитов или морских ежей, мы, скорее всего, не стали бы размениваться на тот мелочный масштаб, что разделяет позднеплиоценовых людей и нас нынешних. Но, конечно, собственные предки интересуют нас больше, чем эдиакарские живые пудинги, пауки или крокодилы. А потому последние два с половиной миллиона лет нашей истории имеют своё особое название и изучаются особенно пристально. Наступил плейстоцен.
Альтернативы
Альтернативы
Африканские леса сохли на глазах. Их жители либо уходили в Центральную Африку, либо ютились на маленьких островках леса посреди саванны, либо – чаще всего – массово вымирали, либо пытались приспособиться к новым условиям и выйти в саванну. Спустились на землю довольно крупные колобусы Cercopithecoides kerioensis, более поздние C. meaveae и C. williamsi, а также большой Paracolobus mutiwa. Для современных колобусов наземная жизнь практически непредставима, они вообще никогда не спускаются на землю, их кисти превратились в крючки, а большой палец вовсе исчез, чтобы легче и быстрее хватать и отпускать ветви при беге по кронам. Кстати, из-за этого некоторые популяции оказались в ловушках в горных лесах Восточной Африки, окружённых бескрайними степями; сомнительно, что когда-либо им удастся оттуда вырваться. Ископаемые же наземные колобусы не смогли перейти на травоядность и вымерли, не выдержав конкуренции с павианами и копытными.
Cercopithecoides kerioensis
C. meaveae
C. williamsi
Paracolobus mutiwa
Более близкие родичи имели гораздо больше шансов на успех. Австралопитеки освоились в саванне и между 3,6 и 2,6 млн л. н. дали неплохое разнообразие: Australopithecus bahrelghazali в Чаде, A. deyiremeda в Эфиопии, A. africanus в Южной Африке. Нет сомнений, что существовали и другие виды.
Australopithecus bahrelghazali
A. deyiremeda
A. africanus
Южноафриканские австралопитеки из пещеры Макапансгат особенно близко подошли к грани разума. На самом позднем черепе MLD 37/38 имеется шиловидный отросток височной кости – маркёр речи; между прочим, это единственный обладатель такого признака среди всех австралопитеков. Тут же найдена красная галька с естественными выбоинками в виде глаз и рта – своеобразный первобытный смайлик; интрига же в том, что подобная порода встречается за 32 км, минимум 4,8 км от Макапансгата. Ясно, что булыжник не мог прикатиться сам, да к тому же вверх по склону, это же не окаменевший колобок, который от дедушки с бабушкой ушёл. Значит, какой-то особо упорный австралопитек не поленился целый день тащить каменюку в руках, потому что она красивая и похожа на рожицу! А стало быть, австралопитек прошёл зеркальный тест и был способен на удивление.