Прекрасна и экологическая среда, в которой жили ардипитеки. Список флоры и фауны очень велик и, как часто бывает в Африке, включает самых разных животных – от типично лесных до типично степных. Но важнее даже не набор видов, а их процентное соотношение: среди крупных зверей треть составляют лесные мартышкообразные, в основном Kuseracolobus aramisi и в чуть меньшей степени Pliopapio alemui – успех группы более чем очевиден; четверть или более представлена лесными антилопами Tragelaphus kyloae, десятую часть дали свиньи, причём в основном степные Nyanzachoerus jaegeri и N. kanamensis и заметно меньше – лесные Kolpochoerus deheinzelini. Среди мелочи половину составляют крупнозубые мыши Uranomys, живущие в саваннах и саванных лесах. Из птиц половина – попугаи, шестая часть – павлины, а десятая – совы-сипухи, то есть всё лесные жители. Окаменевшая древесина, семена и пыльца принадлежат лесным фикусам Ficoxylon, каркасам Celtis, восковницам Myrica, веерным пальмам Borassus/Hyphaene, но и степным злакам Poaceae и осокам Cyperaceae. По итогу, покрытие кронами деревьев реконструируется от 20–40 до 65 % – вроде и лес, а вроде уже и парк. Между деревьями явно имелись хоть и не очень большие, но значимые для древесной обезьяны прогалины, на которых добычу сторожили гиены, саблезубые Dinofelis и Machairodus, леопарды Panthera, кошки Felis разных размеров, некие шакалы и медведи Agriotherium.

Палеодиетологический анализ показал, что ардипитеки питались исключительно лесной пищей. Однако в условиях прозрачного парка, в котором кроны не смыкались, и непрерывно скакать по ветвям уже не получалось, обезьянолюдям регулярно приходилось спускаться на землю и добегать до следующего дерева. Тут выживали только самые шустрые, с самыми хорошими ногами и самые сообразительные. Наступил крайне тонкий момент эволюции: ардипитеки могли попытаться остаться на деревьях, повернуться обратно на четвереньки или встать на две ноги. Наше счастье, что преадаптация в виде вертикального лазания перевесила, и ардипитеки освоили прямохождение.

Между 4,2–3,9 млн л. н. в Восточной Африке жил уже новый вид Великих Предков – Australopithecus anamensis. Он несколько подрос и лучше научился ходить на двух ногах, хотя и он не был ещё стопроцентно прямоходящим. Судя по верхнему концу большой берцовой кости, коленные мениски крепились только спереди, как у шимпанзе, но в отличие от человека, у которого два крепления – спереди и сзади. То ли руки ещё активно использовались для опоры, то ли при небольшой массе тела укрепление колена было ещё не слишком актуально, то ли время ещё не пришло. Клыки были ещё довольно мощными и приострёнными и несколько выступали за край соседних зубов. А вот моляры были по-прежнему маленькими, приспособленными для жевания фруктов. Анамские австралопитеки чуток поумнели – размер мозга достиг 365–370 см ³, – но не так уж существенно. В сущности, это всё ещё достаточно банальные лесные обезьяны, разве что регулярно выходившие на опушки на двух ногах.