Может показаться удивительным, как громоздкие мейолании достигли отдалённых земель, ведь обычно их реконструируют чем-то наподобие галапагосских черепах, только куда более экзотических. Но, во-первых, галапагосские и сейшельские черепахи имеют крайне заторможенный обмен веществ, могут весьма долго болтаться по морю как поплавки и в итоге сами сидят на островах, а во-вторых, мейолании имели массу черт водных черепах. Об их водном образе жизни свидетельствуют удлинённое предплечье при укороченных плече и кисти, расширение верха бедренной кости и вертикально-овальная форма её головки, наличие большого отверстия посреди нижнего панциря-карапакса, расширенность верхнего панциря-пластрона относительно карапакса, приплюснутость и вытянутость тела. Похоже, мейолании были болотными тварями, большую часть жизни лежавшими на дне и изображавшими замшелый валун. Конечно, это тоже ещё не морская черепаха, но плавательных способностей хватало, чтобы вынесенная в море рекой тварь не утонула, а дотянула до следующей земли.

Главными хищниками Австралии по-прежнему оставались архаичные полуводные крокодилы, разве что размер нового вида Paludirex gracilis заметно укоротился. Зато на первый план вышли семиметровые вараны Megalania prisca весом в полтонны и черепом длиной 74 см. Показательно, что из всей австралийской мегафауны они продержались дольше всех, до примерно 30–40 тыс. л. н.; видимо, с такими было нелегко справиться даже вооружённым копьями людям. Счастья добавляли примитивные, зато полусоткилограммовые питоны Wonambi naracoortensis с челюстями, усаженными завёрнутыми назад зубами-крючками.

Без сомнения, радовали глаз первых аборигенов нелетающие птицы, царём которых был Genyornis newtoni. Гениорнисы завершили линию курообразных гасторнисовых-дроморнисовых. По сравнению со своими предками они уменьшились вдвое, но всё равно на фоне их костей скелеты современных эму и казуаров и по размеру, и по сложению выглядят игрушечными: гениорнисы весили 250–275 кг – в семь раз тяжелее эму.

Работа над ошибками

Долгое время считалось, что гениорнисам принадлежали многочисленные осколки скорлупы, обнаруживаемые в песчаных дюнах там и сям в Австралии. На многих скорлупках сохранились следы орудий и огня, так что логичной стала теория, согласно которой вид исчез около 47 тыс. л. н. из-за активного собирания яиц людьми. Однако тщательное изучение показало, что скорлупа, вероятнее всего, принадлежала яйцам больших мусорных кур Progura naracoortensis и P. gallinacea. Во-первых, яйца слишком маленькие для огромных гениорнисов, зато в самый раз подходят к пятикилограммовым курам-прогурам; во-вторых, структура скорлупы яиц похожа на таковую мусорных кур; в-третьих, яйца обнаруживаются в песчаных дюнах, где и положено гнездиться мусорным курам; в-четвёртых, кости гениорнисов почти не встречаются в отложениях моложе 100 тыс. л. н., тогда как число яиц максимально в интервале от 70 до 50 тыс. л. н. Но гениорнис прогуры не слаще – вымерли все.