— Вы окончили Высшую школу политических наук? — спросила черноглазая лань.

— Чтобы никогда больше к ним не возвращаться.

— А вы парень интересный,— сделала плоский комплимент девица, которая, между нами говоря, при знакомстве с каждым новым мужчиной прикидывалась девственницей.

— Я охотно сказал бы то же самое и о вас, в женском роде, разумеется,— вежливо ответил Дени.

Они вместе вышли из ресторана, и плутовка доверительно призналась волкочеловеку, что снимает неподалеку, в отеле "Деньговыжималка", шикарную комнатку.

— Пойдем посмотрим мои японские эстампики,— прошептала она на ухо Дени.

— А удобно ли? — забеспокоился Дени.— Ваш муж, брат или кто-нибудь из родных не будет против?

— Я, можно сказать, сирота,— всхлипнула крошка, вытирая слезу кончиком тонюсенького пальчика.

— Как прискорбно! — учтиво посочувствовал ей галантный кавалер.

Войдя в отель, Дени заметил, что швейцара здесь почему-то не было и что обилие потертого красного плюша сильно отличало гостиницу от той, где поселился он. Поднимаясь по лестнице, оборотень увидел верх чулок, а затем и голые ляжки красотки: желая просветиться, он позволил ей опередить себя на шесть ступенек. Просветившись, он ускорил шаг.

Идея предаться блуду с женщиной сначала смущала, казалась слишком смелой, но воспоминания об увиденных в лесу ситуациях отогнали сомнения, и вскоре он уже на практике применял знания, приобретенные визуально. Красотка притворно постанывала, взвывала, однако неискушенный дебютант не заметил искусственности этой невероятной страсти.

Дени еще находился в полубессознательном состоянии — ничего подобного до сих пор ему испытывать не приходилось,— как вдруг услышал бой часов. Бледный, задыхающийся, он привстал и тут же замер в тупом оцепенении: девица, наклонившись и повернувшись к своему кавалеру, извините, задом, проворно шарила рукой в кармане его пиджака.

— Вы хотите найти мое фото? — воскликнул он, польщенный, полагая, что угадал.

Однако по тому, как дернулись полушария искательницы, он тут же понял ошибочность своего предположения.

— Ну да... дорогой,— ответила душенька, не понимая, смеется он или издевается.

Дени нахмурился, встал с кровати, прошел к девице и проверил содержимое своего кошелька.

— Так, значит, вы одна из тех бабенок, о чьих гнусностях можно прочитать в романах господина Мориака! — заключил Дени.— Шлюха в некотором роде.

Девица собралась было сказать, да еще как, что она плевать на него хотела, хрен ему в задницу, что она не лезет в постель с такими фраерами ради удовольствия, но от вспышки в глазах очеловеченного волка онемела. Зрачки Дени пронзили его глазные яблоки маленькими красными пучками ярости — мошенницу словно парализовало.