— Ты смотри, не нарывайся! — пригрозил квадратный.

Дени вгляделся в троицу.

— Сейчас я рассержусь,— спокойно заявил он.— Такое со мной впервые, но теоретически мне известно это ощущение. В книгах читал.

Молодчики, что называется, не врубились.

— Ты что, придурок, напугать нас думаешь? — сказал красномордый.

Третий тип разговорчивостью не отличался. Он сжал кулак и замахнулся, нацелившись в подбородок Дени, но тот обернулся, схватил нападавшего за запястье и сжал его. Кость хрустнула.

Кто-то из двоих ударил Дени по голове бутылкой. Оборотень моргнул и отступил.

— Сейчас ты у нас поскачешь! — сказал смуглый.

Дени перепрыгнул через стол и красномордого. Ошарашенный, тот раскрыл рот, однако успел-таки вцепиться в замшевый ботинок лесного отшельника.

Произошла короткая схватка, по окончании которой Дени поглядел на себя в зеркало. Воротник был разорван, щека — расцарапана, под глазом светился фонарь. Дени проворно оттянул три бесчувственных тела под скамейки. Привел в порядок одежду. Сердце выскакивало из груди. Взгляд его упал на стенные часы. Одиннадцать!

— Черт возьми,— вслух подумал он,— пора сматываться.

Торопливо надев черные очки, оборотень побежал к отелю. Душу его переполняла ненависть, но мыслил он ясно.

Дени расплатился за номер, взял чемоданчик, вскочил на велосипед и рванул с места со скоростью профессионального велогонщика.

* * *

Он уже подъезжал к мосту Сен-Клу, как вдруг его остановил полицейский, ничем не примечательный человечек.

— У вас что, фары нет? — спросил он у Дени.

— Фары? — удивился в свою очередь оборотень.— А зачем она мне? Я и так вижу.

— Фара включается не для того, чтобы вы видели,— пояснил полицейский,— а чтобы видели вас. А если случится авария? Что тогда?

— Авария? — переспросил Дени.— Да, в самом деле. Но как она включается, эта фара?

— Вы что, смеетесь? — спросил легавый.