Но холдинг ограничился парой несущественных замечаний и почти сразу прислал согласование за витиеватой подписью второго заместителя Златковского. В семнадцать часов – последний срок сдачи идущих в номер материалов – платная полоса была готова к отправке в секретариат.

Оставался Триш. Конечно же, этот старый лис уже проведал, что следствие взяло Охрипенко в оборот.

– Оля, воздух вокруг Лариски отравлен, что ли? Стоило ей месяц повертеться возле тебя, и ты уже поёшь с её голоса! На кой ляд тебе какой-то бывший зэк, да ещё угодивший следствию в лапы?!. Там (Триш упёр глаза в потолок, как в божественные сферы) давно никто не сомневался, что это он Златковского…того… Только доказательств не хватало. Теперь получат и аргументы, и факты. – Главный самодовольно хохотнул радуясь собственной остроте.

– В общем, рекламная ты наша, и не проси! Не могу разрешить даже две строчки о холдинге!

– Боря, они ведь проплатили, и оплату за интервью перегнали ещё до праздников, – вкрадчиво прозвенела Гришина. Она точно знала, на какие кнопочки заскорузлой души бывшего аппаратчика следует жать. – Ты что – собираешься швырнуть деньги обратно? Без причин непреодолимой силы расплеваться с богатейшей фирмой города?

Триш опёрся на судорожно сжатые кулаки и выдвинулся вперёд. Седой ёжик на шарообразной голове, казалось, поднялся торчком. Сейчас он напоминал ощетинившегося, готового к прыжку бойцовского пса. Но Ольга Ивановна словно не замечала предостережения и продолжала пускать стрелу за стрелой:

– Или после недотёпы-Янселевича у нас завались рекламодателей с договорами на несколько месяцев вперёд? Если «Пластик» – на мороз, так в загашнике ещё останется воз и маленькая тележка?

Редактор ярился, сопел и молчал. Тогда в него полетел снаряд самого убойного калибра:

– Ты, видать, запамятовал, чего требовал Василий Лукич в первую голову?

При упоминании этого имени Триш обмяк и спрятал под стол багровые клешни: страх перед грозным «представителем» ещё сидел в нём крепко. Но сдаваться он и не думал:

– Вы с Лебедевой только деньги видите! А человек, которого собрались пиарить, сидит за решёткой по убийству его же начальника! С каких это пор, дорогуша, газеты считают своим долгом мешаться под ногами у следствия? Между прочим, по этому поводу, кажется, даже статья есть!

– Статья говорит о давлении на суд. А до того каждый волен иметь собственное мнение, и даже выражать его в прессе. Не осуждён – не вор! Тебе ли, Борис, этого не знать! – она всё ещё пыталась пробить вопрос малой кровью. Но главный продолжал упираться: