Король поддержал свой суд. О чем издал отдельный указ: «Если дело подданных заслуживает послабленья и справедливости, достойно слушанья в Суде лорда-канцлера, подданные мои да не будут преданы забвенью и отданы на растерзанье закону лютому (общее право)… за сим наше величество признает, одобряет и поддерживает практику Суда справедливости»[282] (король Джеймс).

Думаю, теперь вы понимаете, откуда у английских судей такая тяга к справедливости. Кстати, самое раннее упоминание о Суде справедливости из ведомых мне восходит к 1452 году! Уже тогда некий судья Фортеск видел роль Суда справедливости так: «Мы спорим здесь (в Суде справедливости) не о законе (общее право), но о совести (т. е. о справедливости)»[283].

Так что тяга к справедливости в английском праве родилась не вчера и не сегодня. Складывалась ВЕКАМИ. Отсюда также понятно, зачем и почему явилось право справедливости – в противовес общему.

Домашнее задание

Справедливость справедливостью, но бюрократия была всегда и всюду. Если хотите посмотреть на средневековый судебный процесс в Англии глазами очевидца, причем не юриста, не судьи, а обычного человека, то… увидите такую картину:

«С самого начала этой злополучной тяжбы каждый тяжущийся вновь и вновь получает копии всех документов, которыми она обрастает (или не получает, как обычно и наблюдается, потому что никому эти копии не нужны, но, тем не менее, платит за них), а это целые возы бумаги.

Все вновь и вновь возвращается каждый тяжущийся к исходной точке в обстановке такой дьявольской свистопляски судебных издержек, пошлин, бессмыслицы и лихоимства, какая никому и не снилась даже в самых диких видениях шабаша ведьм.

Суд справедливости запрашивает Суд общего права; Суд общего права вместо ответа запрашивает Суд справедливости; Суд общего права находит, что он не вправе поступить так; Суд справедливости находит, что по справедливости он не может поступить этак, причем ни тот, ни другой не решаются даже сознаться, что они бессильны что-нибудь сделать без того, чтобы этот поверенный не давал советов и этот адвокат не выступал от имени А, а тот поверенный не давал советов и тот адвокат не выступал от имени Б, и так далее, вплоть до конца всей азбуки».

Чарльз Диккенс, «Холодный дом», глава 8. «Домашка» – прочитайте весь роман.

11.2. Вторая причина рождения доктрины