В это время стало более рассветать, и взорам уже ясно видна была вся впереди лежавшая местность. Мюриды, застигнутые врасплох, приготовились к отчаянной борьбе. Началась стрельба. Охотники во главе с юнкером Сресули были уже около шамилевской башни, из которой выбежал с кинжалом в руках юноша лет пятнадцати с намерением дорого отдать свою жизнь, но тут же под ударом штыка Сресули упал раненым на землю. Вслед за ним выбежал другой горец с обнаженной шашкой и, заметив направившегося к нему командира охотников, капитана Скворцова, бросился на него. Вторичный меткий удар храброго юнкера Сресули, бросившегося на горца, поверг и этого головореза на землю убитым.

К шести часам утра путь везде был очищен, и на вершине грозного Гуниба находился 1-й батальон Апшеронского полка, к которому вскоре присоединился 4-й батальон того же полка с командиром полка полковником Тергукасовым во главе. Войска двинулись к аулу.

Тем временем 21-й стрелковый батальон, взобравшись правее апшеронцев и овладев с боя завалами, примкнул к апшеронцам.

Одновременно с этим войска северного фаса, верстах в пятнадцати от апшеронцев, произвели ночью на 25-е число фальшивую атаку, заставившую горцев сбросить вниз заготовленную ими груду камней. Два часа гора гудела под прыгающими обломками скал. Когда каменный град утих, командовавший этим фасом генерал-майор князь Тарханов направил свою колонну вверх к прорыву; таким образом, и войска северного фаса одновременно поднялись на Гуниб, а шедший во главе батальон Грузинского полка был отправлен в обход аула к палатке Шамиля и в тыл укреплениям восточного фаса.

Немного спустя с западной стороны взобрался полковник Радецкий с двумя батальонами Дагестанского полка. Войска с барабанным боем стали окружать аул.

Защитники Гуниба были озадачены появлением русских со всех сторон и в беспорядке бросились бежать в разные стороны, падая один за другим под ударами солдат. Часть же мюридов во главе с Шамилем ускакала в аул Гуниб и засела по саклям, сбросив с кручи свои орудия. В то время к месту боя прибыл князь Барятинский, который приказал прекратить все еще продолжавшуюся перестрелку. Начались переговоры, тянувшиеся два часа, после которых показалась толпа горцев и среди нее верхом на лошади красовался во всеоружии Шамиль.

«Ура!» потрясало воздух… Напуганные горцы оторопели и остановились; видно было, что этот победный крик оглушил Шамиля, надрывал его сердце… Успокоившись, он направился далее к березовой роще, находящейся в версте от аула, где, сидя на камне, ожидал его князь Барятинский.